Оскар и Розовая Дама и другие истории (сборник)

Она повернулась ко мне, и тут я задал себе вопрос: кем я ей кажусь – принцем или гномом? Лично я поставил бы на гнома из-за моей яичной башки. Но Пегги Блю ничего не сказала. Самое замечательное то, что она всегда молчит, и поэтому все остается таинственным.

– Я пришел сказать тебе, что если хочешь, то сегодня и все следующие ночи я буду охранять вход в твою палату, чтобы призраки сюда не проникли.

Она посмотрела на меня, взмахнула ресницами, и у меня возникло ощущение замедленной съемки: воздух стал воздушнее, тишина тише, я будто шел по воде, и все менялось по мере того, как я приближался к ее постели, освещенной невесть откуда падавшим светом.

– Эй, постой, Яичная Башка: Пегги буду охранять я!

Попкорн вытянулся в дверном проеме, точнее, заткнул собой этот проем. Я задрожал. Если охранять будет он, то тут уж наверняка никакому призраку не просочиться.

Попкорн бросил взгляд на Пегги:

– Эй, Пегги! Разве мы с тобой не друзья?

Пегги уставилась в потолок.

– Если тебе нужна девчонка, бери Сандрину. С Пегги уже все схвачено.

– По какому праву?

– По тому праву, что я в больнице куда давнее тебя. Не устраивает, значит, будем драться.

– На самом деле меня это отлично устраивает.

На меня накатила усталость, и я пошел передохнуть в зал для игр. А Сандрина уже тут как тут. У нее лейкемия, как и у меня, но ей лечение, похоже, пошло на пользу.

– Хочешь, можешь поцеловать меня.

– Зачем? Тебе жвачки недостаточно?

– Ты даже на это неспособен, олух. Уверена, ты в жизни не целовался.

– Ну и насмешила. В свои пятнадцать, могу тебя заверить, я уже тысячу раз это делал.

– Тебе пятнадцать лет? – удивленно спросила она.

Я взглянул на часы:

– Да. Уже стукнуло пятнадцать.

– Всегда мечтала, чтобы меня поцеловал пятнадцатилетний.

– Это уж точно заманчиво, – ответил я.

И тут она сделала невозможную гримасу, выпятила губы, будто вантуз, присасывающийся к стеклу, и до меня дошло, что она жаждет поцелуя.

Оборачиваюсь и вижу, что там народ уже скопился поглазеть. Похоже, мне не отвертеться. Что ж, надо быть мужчиной. Пора.

Подхожу к ней, целую.