Эмиграция, тень у огня

Я ощутила обморочную пустоту в области солнечного сплетения, нечто вроде космической черной дыры, в которую со свистом втягиваются внутренности, и бросила трубку.

Гриша в уголке проборматывал слова молитвы, наконец произнес завершающее «амен» и стал надевать рубашку.

– Ну, поехали?

Он был одним из самых гениальных водителей, какие встречались мне в жизни. Доехать мог в любом состоянии, даже когда плохо помнил, куда и зачем едет. При этом машина была послушна его нетвердой руке, как умная лошадь своему тяжелораненому хозяину.

Мы вышли на темную улицу, где у тротуара притулился старый Гришин рыдван, всегда забитый какими-то пыльными тряпками, пустыми, катающимися под ногами бутылками, старыми газетами и непарными носками, которые Гриша переодевал во время дождя. Мокрые он развешивал на спинках сидений, и они высыхали до следующего дождя.

Гриша открыл дверцу, я села вперед, отпихнув ногой пустую бутылку из-под пива «Маккаби».

– Пристегни ремень, – сказал Цви бен Нахум, – а то полицейские, суки, остановят.

Минут десять мы ехали молча.

Когда, вынырнув из-за черного леса, взбежал по горам желто-голубыми дрожащими огнями Рамот, Гриша сказал:

– И запомни: Яша еще не самый отвратительный тип в той шарашке. Есть по-настоящему опасный человек, от которого действительно надо держаться подальше.

– Ты имеешь в виду Гошу Аписа? – спросила я. – Да я его ни разу в глаза не видела.

– Вот и прекрасно. И сиди там, пока тебя не выгнали. Все равно этой конторе не суждена долгая жизнь.

– Почему? – живо спросила я.

– Потому что она – детище Аписа. – Он помолчал. – А рав Иегошуа, как Сатурн, пожирает своих детей…

Гриша притормозил возле моего подъезда. Я отстегнула привязной ремень и сняла с колен неизвестно откуда взявшийся Гришин носок с идиллической дыркой на пятке, которую хотелось немедленно заштопать.

– Спасибо, Гришенька, – сказала я, перед тем как выйти из машины.

– Будь здорова, корова, – ответил он растроганно, – видишь, я говорил тебе: в моей машине ты в полной безопасности, – искоса взглянул на меня и добавил: – В любом смысле…

* * *

– Приближаемся! – время от времени возбужденно шептала мне Рита.