Деде Коркут

Он не натягивал тетивы, не выпускал стрелы: догонял джейрана, накидывал аркан ему на шею, доставал нож, прокалывал ему ухо и отпускал. Джейран жил с меткой Бекила.

И вновь Бекил сделал так, улыбнулся довольно, стегнул коня и пустился за другим стадом джейранов. Заарканил еще одного, и ему проколол уши, и его отпустил.

В хижине Фатьмы Брюхатой тихо плакала Айна Мелек.

– Видно, и вправду невзлюбил нас Бог, – говорила она.

Фатьма Брюхатая, по своему обыкновению жуя что-то, поставила на стол арбуз.

– Не грусти, сестрица, – молвила она, – поешь вот арбуза.

– Не хочется, – отвечала Айна Мелек. – Мне все кисленького да солененького хочется.

Фатьма сперва не обратила внимания на эти слова, а потом вдруг вскочила.

– Что?! – крикнула она. – Солененького? Подошла к Айне, они пошептались.

– Да, да, да, – повторяла Фатьма, радостно хлопая ладонью о ладонь.

Айна Мелек онемела от радости. Фатьма быстро срезала верхушку арбуза, разделила его на четыре части и кинула на землю – две упали на одну сторону, две – на другую.

– Мальчик! – сказала Фатьма.

Айна Мелек понесла. Она лежала в своем шатре, Фатьма была рядом с ней.

– Смотри, не ешь зайчатины, а то ребенок будет с заячьей губой, – говорила она. – И ежевику не ешь – беспокойный будет. В зеркало смотрись, на луну гляди, чтобы ребенок был, как молодой месяц.

Бейбура и Бейбеджан вышли на охоту. Они гнали по равнине джейранье стадо. Бейбура натянул тетиву, прицелился, послал стрелу.

Подскакали они к раненому джейрану. Стрела вонзилась ему в бок, но Бейбура увидел, что ухо его продырявлено, показал Бейбеджану.

– Видишь, Бейбеджан, – молвил он, – это из джейранов Бекила. Он продырявил ухо и отпустил самца.

– Надо отправить его Бекилу, – отвечал Бейбеджан. – Его добыча!

– Пусть будет так, – сказал Бейбура и дал джейрана одному из своих людей: – Отнесите Бекилу!

В это время подъехал к ним всадник.

– Магарыч, Бейбура! – крикнул он. – У тебя родился сын!

Лицо роженицы Айны Мелек было усталым и счастливым.

Около нее стояли треножник и медный таз, полный воды. По древнему поверью, с ними женщина рожает легко. Фатьма Брюхатая покрыла таз чистой тряпицей. В одеяло Айны Мелек, в ее одежду она воткнула иголки – защита от сглаза. Потом Фатьма положила в банку луковицу, отнесла ее к дверям. Под подушкой Айны Мелек спрятала кусок хлеба и мяса.

Бейбура и Бейбеджан скакали. И опять перед ними появился всадник.