Мир глазами Гарпа

– Холодно очень, – сообщила молоденькая шлюха, подозрительно на него глядя.

– Но ведь поговорить можно в любом месте, в тепле, где вы сами захотите, – заторопился он.

– Спроси вон у той, сколько она берет, – сказала Дженни, указывая на женщину с муфтой.

– Wie viel kostet? – пробормотал Гарп.

– Пятьсот шиллингов, – сказала молоденькая шлюха.

Гарпу пришлось объяснять Дженни, что это примерно двадцать долларов. Даже прожив в Австрии больше года, Дженни так и не выучила немецкие числительные и не различала денежные знаки.

– Двадцать долларов за то, чтобы всего лишь поговорить? – спросила Дженни.

– Нет-нет, мама, – сказал Гарп. – За обычные услуги.

Дженни задумалась: не слишком ли много – за обычные услуги? Но этого она не знала.

– Скажи, что мы дадим ей десять, – предложила Дженни.

Но на лице молодой шлюхи отразилось сомнение, да и на лице старшей тоже, словно разговор мог быть для нее куда труднее, чем «обычная» работа.

– Видите ли, англичане часто бывают извращенцами, – сказала она Гарпу по-немецки. – А американцы обычно нормальные люди.

– Вы поймите, мы просто хотим с вами поговорить, – повторил Гарп, с ужасом понимая, что проститутка явно воображает себе некую оргию, в которой будут участвовать и мать с сыном.

– Хорошо. Двести пятьдесят шиллингов, – наконец согласилась она. – И вы угостите меня кофе.

Она провела их в то местечко, куда обычно заходят погреться проститутки, – в крошечный бар с миниатюрными столиками; все время звонил телефон, но лишь несколько мужчин с мрачным видом из-за вешалки рассматривали женщин и уходили прочь. По негласному правилу к женщинам нельзя было подойти, пока они сидят в этом баре; он служил проституткам чем-то вроде запасного аэродрома, потайного убежища.

– Спроси, сколько ей лет, – велела Дженни Гарпу, но, когда он спросил, женщина мягко опустила ресницы и покачала головой. – Ладно, – сказала Дженни. – Тогда спроси ее, почему, как ей кажется, она нравится мужчинам?

У Гарпа от удивления округлились глаза.

– Но тебе-то ведь она нравится, верно? – спросила его Дженни; Гарп честно признался, что нравится.