Хранительница тайн

– Не забывайте, констебль, сколько граждан нуждается в вашей защите!

Сердечно простившись с констеблем, Долли нарочито громко хлопнула дверью, но осталась у порога, наблюдая в щелочку, как он важно удаляется в сторону променада. И только когда констебль почти скрылся из виду, Долли бросилась к себе, сунула серебристое платье под подушку и выскочила за порог.

Молодой человек ждал ее, подпирая спиной колонну живописного пансиона. Не моргнув глазом, Долли важно прошествовала мимо. Он следовал за ней по дороге – Долли спиной ощущала его присутствие, – затем свернул в узкую аллею, уходившую в сторону от пляжа.

Ее сердце колотилось словно бешеное, и, когда шум пляжа стих, она услышала его стук. Долли ускорила шаг. Парусиновые туфельки шелестели по бетону, дыхание сбилось, но Долли упрямо шла вперед. Она узнала это место – темный переулок, где однажды заблудилась маленькой.

На перекрестке Долли остановилась, но так и не оглянулась. Она молча стояла, слушая, как он приближается, и вот он уже рядом, его дыхание на ее шее, а его близость опаляет кожу жаром.

Мужчина коснулся ее руки, и Долли судорожно вдохнула. Она позволила ему осторожно развернуть себя, и, когда он взял ее ладонь и потерся губами о нежную кожу, ее пронзила радостная дрожь.

– Что ты здесь делаешь? – шепотом спросила Долли.

Он не отнимал губ от ее запястья.

– Я скучал по тебе.

– Меня не было всего три дня.

Он пожал плечами, и непослушная прядь черных волос упала на лоб.

– Ты приехал на поезде?

Он медленно кивнул.

– На один день?

Еще один кивок, слабая улыбка.

– Джимми, в такую-то даль!

– Я должен был тебя увидеть.

– А если бы я проторчала на пляже весь день? Если бы вернулась вечером вместе с родителями?

– Я все равно бы тебя увидел.

Польщенная, но не желающая в этом признаваться, Долли покачала головой.

– Отец убьет тебя, если узнает.

– Придется его очаровать.

Долли расхохоталась. Джимми всегда удавалось ее рассмешить.

– Ты сошел с ума.

– Из-за тебя.

Он без ума от нее.

Внутри у Долли все перевернулось.

– Пошли, – сказала она. – Здесь тропинка, в поле нас никто не увидит.

* * *

– Надеюсь, ты понимаешь, что мой арест был бы на твоей совести.

– Не глупи, Джимми!

– Судя по физиономии того полицейского, ему не терпелось засадить меня под замок, а ключ выбросить в море. Я уже не говорю о том, как он на тебя смотрел.

Джимми повернулся к ней, но Долли на него не смотрела. Они лежали в мягкой высокой траве.