Хранительница тайн

Она понятия не имела, где сестры, – наверное, их специально держат от нее подальше. Лорел впервые открыто выступила против родительской воли, она гордилась собой и одновременно себя стыдилась. У нее было чувство, что прежней жизни уже не вернуть.

Неожиданно дверь отворилась, и в спальню кто-то вошел. Постель прогнулась под весом тела, и Лорел услышала мамин голос. Мама плакала. Лорел захотелось упасть ей на грудь и никуда не уезжать.

– Мне очень жалко, что мы поссорились, – сказала Дороти, и луч лунного света из окна упал на ее лицо.

 – Как мы дошли до такого! Могла ли я представить, что когда-нибудь буду ругаться с собственной дочерью. В юности я думала, что непохожа на родителей. Я любила их, но мне казалось, они меня не понимают. Считала, что я лучше их знаю, как мне жить, и не прислушивалась к советам.

Лорел улыбнулась, не догадываясь, куда клонит мама, но, по крайней мере, внутри у нее уже не бушевала огненная лава.

– Мы с тобой так похожи, – продолжила Дороти.

 – Я боюсь, что ты повторишь мои ошибки.

– Но это не ошибка! – Лорел села на кровати. – Неужели ты не понимаешь? Я хочу стать актрисой, и для этого нет лучшего места, чем Лондонская драматическая школа!

– Лорел…

– Вообрази, что тебе семнадцать, мам, и впереди у тебя целая жизнь. Неужели тебе не захотелось бы все бросить и укатить в Лондон?

Вопрос был явно не по адресу – Дороти никогда не выказывала ни малейшего желания съездить в Лондон.

В комнате стало тихо, черный дрозд за окном звал подругу.

– Нет, – промолвила Дороти мягко и печально, гладя дочь по волосам. – Нет, никогда.

Только сейчас Лорел пришло в голову, что в ту далекую ночь она была так поглощена собственной драмой, что не спросила маму, какой она была в семнадцать лет, чего хотела, от каких ошибок предостерегала дочь.

Лорел взяла книжку, которую принесла Роуз, и нетвердым голосом промолвила:

– Как странно держать в руках то, что принадлежало ей до всего.

– До чего?

– До нас. До этого дома. До того, как она стала нашей матерью. Только представь, когда ей подарили эту книгу, когда был сделан тот снимок с Вивьен, она не подозревала, что когда-нибудь мы появимся на свет.

– А на снимке она сияет.

Лорел не улыбнулась.

– Ты когда-нибудь думала о ней, Рози?

– О маме? Разумеется.

– Нет, о ней, когда она еще не стала нашей мамой. Мы ведь ничего не знаем о том, как она жила до нас.