Хрупкое равновесие

Интересно, что он об этом скажет? Брахман – да! Бхунгхи – нет!

Вечером Рупа рассказала Дукхи о завиральных идеях Нараяна, и тот сказал, повернувшись к сыну: «Думаю, мать права».

Нараян снял руку с махового колеса и закрепил его.

– Скажи, зачем ты послал меня учиться?

– Глупый вопрос. Чтоб тебе лучше жилось, зачем еще?

– Вот-вот. Потому что высшие касты обращаются с нами ужасно. А теперь ты ведешь себя так же. Если ты и дальше собираешься жить по их правилам, я вернусь в город. Для меня такая жизнь невозможна.

Рупу потряс этот ультиматум и ужаснула реакция Дукхи, сказавшего: «А ведь он прав».

– Отец Ишвара, думай, что говоришь. Сначала я у тебя права, потом он прав! Болтаешься из стороны в сторону, как горшок без дна. Вот что значит посылать детей в город! Они забывают деревенские порядки! А от этого только неприятности! – Кипя от негодования, Рупа вышла из хижины, созывая на совет подружек – пусть Амба, Пьяри, Падма и Савитри узнают, что за безумные вещи творятся в ее несчастном семействе.

– Бедная Рупа! – сказала Савитри. – Она так взволнована, что ее всю трясет.

– Что взять с детей! – воскликнула Пьяри, вздымая руки. – Они не считаются с материнскими чувствами.

– Ничего не поделаешь, – сказала Амба. – Мы кормим их в детстве грудным молоком, но здравым смыслом накормить не можем.

– Терпи! – посоветовала Падма. – Все будет хорошо.

От сочувствия подруг Рупе стало легче. Страх потерять сына во второй раз заставил ее быть осмотрительнее. Она простила Нараяну его безумные идеи и согласилась закрыть на них глаза при одном условии: хозяйка в хижине – она, и с некоторыми клиентами переговоры должны вестись вне дома.

* * *

Спустя два года Нараян смог построить собственную хижину рядом с родительской. Рупа плакала, когда сын переезжал в новый дом.

– Он снова и снова разрывает мое материнское сердце, – стенала она. – Как смогу я присматривать за ним и его работой? Зачем нам расставаться?

– Но, мама, нас будут разделять всего тридцать футов, – говорил Нараян.

– Точить карандаши, говорит он! Как будто я больше ничего не делаю!

Однако со временем Рупа привыкла к новому положению вещей и даже стала гордиться, называя хижину сына мастерской. Нараян купил большой рабочий стол, стойку для одежды, новую ножную машину, которая делала не только прямые стежки, но и зигзаги.

Для последней покупки потребовался совет дяди Ашрафа.