Сказочник

Ну кто в наше время таскается с бумажными заметками? Да еще на подобные мероприятия? Странный он все-таки.

«Повторяй себе это почаще, – подбодрил внутренний голос, – может, тогда перестанешь плавиться изнутри. Как шоколад».

Сказочник мягко рассмеялся. Что-то заныло у меня за грудиной от его смеха. Какой-то орган, о существовании которого я раньше не подозревала.

– У меня средний женский рост, – по инерции сообщила я.

– Не обижайтесь, – все еще посмеиваясь, договорил он, – вы идеальны. Как Таис Афинская.

«Он что, обозвал меня проституткой сейчас?!»

Я наконец повернулась к Сказочнику и посмотрела прямо ему в глаза. Видимо, немой вопрос читался в моем взгляде.

– Нет-нет, – проговорил он сквозь новый приступ смеха, – я не это имел в виду. Вы божественны. Мужчина, которому вы принадлежите, несомненно, поймал удачу за хвост.

«Принадлежите?!» – взорвалось мое возмущенное подсознание безмолвной яростью.

Через мгновенье ярость рассеялась сама собой. Как вода, ушедшая в рыхлую землю.

Он снова характерным движением откинул прядь волос от лица. Фриз! Эта порода лошадей называется фриз.

– Простите, – тут же пошел на попятный Сказочник, – если я сказал нечто недопустимое. Я не хотел вас оскорбить. Ваше божественное одеяние путает мои мысли.

«Черта с два что-то путает твои мысли, ты говоришь ровно то, что собирался!»

– Все в порядке. – Я улыбнулась так обворожительно, как только могла.

Но его не проведешь. Знаменитого нахала снова начал разбирать смех.

– Очаровательная малышка, – проговорил он, успокоившись.

Было в его взгляде что-то от рептилии, холодное и безжалостное. Но и кипящей жизни тоже было в избытке. Удивительная двойственность. Мне стало интересно, какая часть его личности – писатель-чернушник Масонов? Тот, с глазами рептилии? Или этот, нагловатый ловелас позднесредних лет? А может, Масонов не имеет к нему никакого отношения?

«Как бы не так, малышка», – саркастично обратился ко мне внутренний голос.

– Извините, пойду поздороваюсь с начальством.

 – Я ускользнула от него. Видит бог, для меня это был подвиг. В какой-то бабушкиной книге по этикету я прочитала, что девушка должна первой завершать беседу. Так что я немного поиграла в барышню-кокетку. Хотя скорее была зверем, отгрызающим себе лапу, чтобы выбраться из капкана.

Старалась не смотреть ни на короткую вьющуюся гриву, ни в налитые безумием золотистые глаза. У лошадей такие бывают, когда они запыхались. Сеть красных прожилок на белке.