Стоя под радугой

Док пожал плечами:

– Это не шляпа, а блин с фруктами и мертвой птицей сверху.

Беатрис Вудс, сидевшая за столом, засмеялась. Док нагнулся и шепнул ей:

– Считай, тебе повезло, что ты не видишь. Непонятно, что с этой шляпой делать – то ли на завтрак сжевать, то ли подстрелить.

После того как Док снова ушел в аптеку, они сидели и говорили о предстоящем путешествии. Дороти вздохнула:

– Мне бы сбросить фунтов десять, тогда уж ехать.

Мама Смит сказала:

– А мне бы снова стать восемнадцатилетней, но чтоб мозги остались такие, как сейчас.

Дороти спросила:

– Что бы ты сделала по-другому?

– Ничего. Вышла бы, конечно, за того же человека и родила ребенка, но только подождала бы чуток. А то, может, осталась бы холостячкой, как Энн Шеридан, или открыла бы свой бизнес, завела секретаршу, курила сигары да сквернословила.

Дороти с Беатрис засмеялись, и Дороти спросила:

– Беатрис, если бы у тебя была возможность исполнить одно желание, что бы ты загадала?

Беатрис, у которой «Путешествие в кресле» была любимой передачей, ответила:

– Я бы загадала сесть в машину и объехать весь мир.

– Детка… – Дороти погладила ее по руке.

– Правда, было бы весело?

– Куда как весело, – сказала Мама Смит и поспешила сменить тему, видя, что у Дороти глаза на мокром месте. Несмотря на ограничения в жизни, слепая Беатрис ни капли себя не жалела, и в их голосах тоже не должна слышать жалость. Но как печально: ее желанию не суждено сбыться.

На следующей неделе с Бобби случилось то же, что с мальчиком, который кричал «Волки!», из поучительной истории.

Он проснулся и сообщил, что в школу пойти не может, потому что весь покрыт красными пятнами. Дороти знала, что сегодня в школе у них серьезный тест по математике, к которому он и не думал готовиться. В прошлом году в то же время он клялся, что сломал ногу. В позапрошлом выдумал аппендицит. Посему в его комнату была в третий раз послана Анна Ли с простым и доходчивым сообщением:

– Мама говорит – если через пять минут не выйдешь, то лучше бы у тебя в самом деле была сыпь.

– У меня и так есть! – возмутился Бобби. – Смотри, какие здоровенные красные пятна по всему телу, и плохо мне. Подойди, сама глянь. – Он поднял пижамную фуфайку. – И все краснее становятся, и тошнит меня, и температура, кажись, поднимается, пощупай лоб.

Но Анна Ли не собиралась его щупать и, выходя, сказала:

– Валяйся, пожалуйста, сколько влезет, мне-то что. Надеюсь, тебе всыпят, не поскупятся.