Хроники странствующего кота

Ему казалось, что отец хотя бы отчасти понял его и сделал шаг навстречу. И даже надеялся, что если он найдет еще одного котенка, то теперь-то уж ему разрешат принести его в дом.

Потому что, когда в доме живет твой собственный кот, это совершенно меняет дело.

Когда Коскэ оставался на ночь у Сатору, они спали в его комнате на разложенных рядышком футонах[9 - Футон – толстый хлопчатобумажный матрац, на котором ночью спят на полу, а утром убирают в шкаф.], и порой Коскэ будили мягкие прикосновения кошачьих лап.

Коскэ приподнимал голову и смотрел, как Хати засыпает, свернувшись клубочком на груди у Сатору. Тому, видимо, становилось трудно дышать, и он, не просыпаясь, снимал Хати с груди и клал рядом с собой. Счастливчик! Если бы Хати принадлежал Коскэ, он бы каждую ночь спал вместе с ним – и пусть себе топчется по нему своими мягкими лапками сколько угодно.

– Кажется, отец полюбил Хати… и если мы найдем еще одного котенка, он, может быть, позволит мне взять его себе.

– Здорово! Тогда у Хати появится друг!

Эта идея привела Сатору в восторг, и теперь по пути из бассейна домой он внимательно осматривал окрестности в поисках еще одной коробки с котенком.

Но под столбом с картой микрорайона больше не оставляли коробок с котятами.

Это было и к лучшему, что никто не выбрасывал бедных котят. Потому что, даже если бы они и нашли еще одного котенка, отец Коскэ ни за что не позволил бы взять его в дом.

Прошло два года с того дня, как Хати поселился у Сатору. Коскэ и Сатору теперь учились в шестом классе начальной школы[10 - Учеба в начальной школе в Японии продолжается шесть лет, далее три года – в средней школе и три года – в старшей.].

Осенью школа организовала для их класса экскурсионную поездку в Киото. Три дня и две ночи. Коскэ мало интересовали храмы, они все казались ему одинаковыми, но жить в чужом городе вместе с друзьями – это было здо?рово! А еще Коскэ дали с собой довольно крупную сумму на карманные расходы, о которой он даже и не мечтал, – теперь можно было накупить сувениров.

…Они стояли у лавки с сувенирами. На лице у Сатору было написано страдание.

– Ты чего? – спросил Коскэ.

– Да вот, думаю, какую выбрать.