Медвежий угол

Вернувшись из туалета, Давид прочитал четыре слова на желтом клочке бумаги: «Амат. Детская команда. Быстро!!!»

Это просто игра. Она просто меняет жизнь.

9

Бывают дни, когда мы, взрослые, чувствуем, что колодец наш пересох. Мы перестаем понимать, за что всю жизнь так яростно сражались. Оказавшись заживо погребенными под заботами повседневности, думаем, сколько еще протянем. Удивительно, что протянуть так можно гораздо дольше, чем нам кажется. Ужасно, что мы не знаем, сколько именно.

Пока вся семья спит, Мира ходит по дому и всех пересчитывает. Так делала ее мама, она пересчитывала детей – Миру и ее пятерых братьев и сестер. Мама не понимала, как можно иметь детей и все время их не пересчитывать, как можно не бояться каждую секунду их потерять. «Раз, два, три, четыре, пять, шесть», – Мира слышала, как она ходит по дому и шепчет, а дети лежали с закрытыми глазами, и каждый из них чувствовал себя под надежной защитой, окруженный вниманием и заботой. Это одно из самых прекрасных детских воспоминаний Миры.

Она выехала за пределы крошечного Бьорнстада и, оставив за спиной лес, приблизилась к большому городу. Для нормальной ежедневной поездки на работу это несусветная даль, но Мира ощущает дорогу как одно мгновение, поскольку фактически успевает пересечь всю Вселенную. Этот большой город в океаны раз меньше столицы, в которой она родилась, и все же тут совсем иной мир, чем тот, что остался за лесом. Он больше. В нем есть коллеги – для стимула и споров о литературе, искусстве и политике, есть достойные противники, с которыми интересно сражаться.

Люди часто удивляются, что Мира, которая не понимает хоккея, вышла за хоккеиста, но это не совсем так: не понимает она тренировок. А как раз в матчах видит логику. Адреналин, жажда на грани ужаса ринуться в пропасть, чтобы взлететь или рухнуть в тартарары, – это Мире понятно. Нечто подобное она испытывает в зале суда и комнате для допросов, юриспруденция – та же игра, правила, правда, другие, но все точно так же зависит от того, есть в тебе азарт или нет.

Возможно, поэтому Мира, которая до девятнадцати лет никогда не жила в городе с населением меньше миллиона, несмотря ни на что смогла построить свою жизнь среди лесного народца. Она понимает их страсть к борьбе и разделяет ее. Она знает, что самое веселое в битве за успех – то, что она не кончается никогда.