Не завтра жизнь кончается

Копешко ещё не принёс все необходимые документы, и вы пока не записывайте его в журнал. Но пусть он уже учится, как слушатель пока, чтобы не пропускал уроки. А документы принесёт позже. Вы меня поняли?

– Конечно, – ответила Лиза и добавила: – Я всё поняла, Роза Марковна.

Роза Марковна отошла от неё, подошла ещё к нескольким учителям и, хотя она говорила с ними так же тихо и несмело, её внимательно слушали.

Когда она вышла, Арина, наклонившись к Лизе, сказала:

– Не обращай внимания на её внешний вид. Когда я впервые увидела её, я подумала то же самое, что и ты сейчас: какая неаккуратная старая еврейка.

Но это очень добрая и мудрая женщина, справедливая и очень терпеливая. На ней и на её умении всё понимать и улаживать держится вечерняя школа и порядок в коллективе. Ты в этом ещё убедишься.

– Но разве она не на пенсии?

– Давно, но продолжает работать, и её не трогают.

– Почему? Это неправильно. Надо уступать место молодым.

Арина помолчала и, подумав, ответила:

– Она пережила страшное горе.

Во время войны почти на её глазах немцы расстреляли всю её семью: родителей, мужа и троих детей.

– Боже мой, – еле проговорила Лиза. – Как это можно пережить?

– Наверное, работа в школе спасает её от дум и воспоминаний. И просто удивительно, откуда у неё берётся терпение улаживать все неурядицы и конфликты в школе. У неё сейчас второй муж, такой же старик, как она, тоже потерявший своих близких в гетто. Когда они уходят вечером домой, я не могу смотреть на их скорбные и одинокие фигуры.

Пустая старость без детей и внуков. Что может быть страшнее?

Лиза задумалась, глядя в одну точку, а Арина, прикоснувшись к её плечу, заметила:

– Не надо так задумываться, это опасно.

– Почему?

– У меня брат капитан дальнего плавания. Они уходят в море на восемь месяцев, и если на судне бывают новички, то за ними все присматривают, чтобы не задумывались, уставившись в одну точку. Некоторые именно так начинают потихоньку съезжать с катушек, как они говорят, от постоянной и бескрайней водной пустыни перед глазами.

Лиза улыбнулась:

– Хорошо, что здесь не пустыня, а то я бы тоже съехала – не люблю такого количества воды.

– Не любишь море?

– Не люблю. Мои предки, наверное, древляне. Я люблю лес и речку.

Арина взяла её за локоть и сказала:

– Пойдём постоим в коридоре, а то здесь не поговоришь.

Они вышли в коридор, но там к ним сразу же подошёл один из тех новеньких, о которых говорила Роза Марковна.