Дети тьмы. Проклятая смертью

Я храбрилась как могла, но страх перед будущим убивает весь позитивный настрой. Под невеселые думы мы дошли до наших комнат. Я хотела оставить Лику одну, но ее жалобный взгляд убедил меня что это плохая идея и я зашла вместе с ней. Ее комната мало чем отличалась от моей, разве что оттенком. Он у нее более нежный. Фиолетово-сиреневый. Светлый и мягкий. Мы дошли до кровати, которая уже была убрана.

– Насть, ты помнишь, что я сказала? – спросила меня сестренка, когда уже устроилась под одеялом, так и не переодевшись во что-то более подходящее.

Я же устроилась сверху – все равно уйду.

– А ты не помнишь? – удивилась я.

– Нет, пытаюсь вспомнить, а голова начинает раскалываться. очень больно. – мелкая явно расстроилась.

– Что-то про огонь, какую-то цитадель, мертвую кровь и что-то связанное с богами ты говорила. Не помню, не знаю меня не волновали, что ты говоришь, а твое состояние. Это было страшно. У тебя глаза закатились и руки в воздухе дрожали. – вспомнила я, и мурашки прошлись по коже от воспоминаний.

«Столб огня, тот, что ярче дня поглотит цитадель и мертвая кровь падет. Лишь ставленник богов остановить бой сможет тот, но та воля ему лишь одному подчиненна, и он один вершитель судеб.» – напомнил голос Шизы. Я передала его слова мелкой. Она явно задумалась.

– Знаешь, Насть, мне кажется это важно, подай пожалуйста рюкзачок мой. Он вроде в кресле лежал. – эх, а я так удобно устроилась. Да и Лике пришлось менять позу, чтобы выпустить меня. – Еще бы понять, что это значит.

А где здесь библиотека?

– Давай не сегодня. По-моему, впечатлений и так хватает. А завтра или после сна, уже устроим полноценный допрос этому товарищу.

Я принесла ей ее рюкзачок. В котором, как оказалось, болтались так и не пригодившиеся смартфоны, ее любимый блокнот (она, видимо, решила с ним никогда не расставаться, но сейчас оно и к лучшему), пенал с ручками и карандашами и пустая бутылка из-под воды. Сестра, похоже, решила записывать, что она будет говорить. Надо же, а я даже и не подумала.

Все-таки светлая у ребенка голова. Не зря в физмат лицее учится. Не то что я – типичный гуманитарий. Она перевернула блокнот так, чтобы можно было писать, открыв блокнот с конца. Удобно – мы часто так делали в университете, когда по предмету мало писать и не хочется пачкать еще одну тетрадь. И место есть. И конспекты друг на друга не наезжают и не путаются.

– Это всего лишь первый день, а я так устала. – грустно прошептала сестренка.