Темная Либерия

Хоть оба мальчика и были двойняшками, по характеру они сильно отличались. Ассентий был легкомысленный и озорной, что совсем не соответствовало его брату. Тот тоже любил поиграть в веселые игры, но всегда был сосредоточен и собран. У Мартина, второго сына, был аналитический склад ума. Он больше был привержен к физике, нежели, как Ассентий, к спорту, поэтому Ассентий записался в секцию бокса, а Мартин пошел в физико-математическую школу, но это абсолютно не мешает мальчикам быть сплоченной командой. Они всегда помогают друг другу и стоят спина к спине.

– Твой брат опередил тебя, – с улыбкой сказал Ник, подходя к сыну.

– Угу, – промычал мальчик, все еще потирая глаза.

– Ну, иди, чисть зубы и скорее завтракать! А то Сеня и там все успеет смести.

Мартин улыбнулся и отправился в ванную. В коридоре на него налетел его, чересчур энергичный брат и чуть было не свалил с ног.

Их дружбе мог позавидовать любой. Весьма редко можно встретить двух братьев, находящихся в таких хороших отношениях. Отец умиленно посмотрел на них, и в мыслях у него пронеслись годы детства его детей. Конечно, они и сейчас не были взрослыми, всего девять лет, но он вспоминал совсем далекое детство – день, когда они родились, Филиппе пришлось совсем несладко. Она была сильной и согласилась рожать сама, хотя ее предупреждали, что будет двойня – это ее не остановило.

Он вспоминал, как у Мартина вылез первый зуб. Почти на следующий день он вырос у Ассентия. Затем прошло время подгузников, и они пошли в школу. Мальчики всегда были вместе, и пусть между ними случались ссоры, и иногда они могли подолгу не разговаривать и объявлять суровые бойкоты, но все равно, некоторое время спустя они воссоединялись вновь, забыв свои неурядицы.

– Пап! Ты помнишь, у меня сегодня бой с Тони Фэлтоном? – прокричал Сеня, забегая в свою комнату, на ходу сбрасывая с себя ночную пижаму и натягивая штаны с рубашкой.

– Конечно, помню! Ты тренировался?

– Да, но Тони не такой сильный, так что я выиграю! – уверенно заявил мальчик.

Отец посмеялся и подошел к сыну. Ник бережно заправил рубашку в штаны и затянул галстук на шее ребенка. Он гордился им. Несомненно, сын был точной копией отца, и внешние, и внутренние качества были от Николаса, только глаза пепельно-серого цвета – единственное, что досталось ему от Филиппы.