Сила защитников

– Тот умер?

– Нет, Ротти сказал мне, что он стрелял не чтобы убить, а чтобы тот замолчал.

– Что это за человек? Откуда он? – не унималась я.

– Не знаю, никто не знает. Он говорит, что ничего не скажет, пока мы не скажем ему, кто мы.

– Ты его видела? Как он выглядит?

– Нет, не видела. Ротти сказал, что его сильно избили и сейчас он без сознания. Еще он произнес имя Филиппы. Они думают, что он с Либерии, шпион, что он ищет ее, чтоб убить.

– Так, надо в этом разобраться, – уверенно заключила я.

– Но ты же говорила, что нам не стоит подходить к ним близко, а уж тем более вмешиваться.

– Вдруг он не шпион? Вдруг он хочет помочь! А они изобьют его до смерти, и мы так и не узнаем, что он хочет.

Она сомневалась и с опаской смотрела на меня. Я обняла свою дочь и тихо сказала, что все будет хорошо.

– Пойдем, ты останешься с Роттером, я вижу, вы сдружились.

– Да, он хороший парень. По-моему, я ему нравлюсь.

– А он тебе? – с хитрой улыбкой спросила я.

– Нет, он мне как друг, да и тем более он слишком взрослый для меня.

– Хорошо. Пойдем разберемся во всей этой катавасии.

У моей дочери уже появляются женихи. Как быстро время летит. Скоро придется замуж ее выдавать, если, конечно, мы переживем весь кошмар, что творится. Я не присматривалась к этому Роттеру, хотя надо бы. Мужчины на войне особенно падки на женщин, мало ли что у него на уме. С виду он хороший парень. Сильный, симпатичный и не так еще испорчен войной, как остальные. Видно, ему не приходилось убивать.

Русые волосы и выражение лица как у щеночка, совсем юн, а его уже в армию и на поле.

– Здравствуйте, Вирельга, – приветливо произнес он.

– Роттер, – кивнула я, – мне нужно повидать пленника.

– Не думаю, что это хорошая идея… он опасен, он чуть не убил нашего воина.

– Мне всего лишь взглянуть на него. К кому нужно обратиться?

– К главному, но не думаю…

– Отлично, присмотри за Герельти, пока меня не будет.

Я решительно направилась к главному, что-то подсказывало, что с этим пленником не так все просто.

Если он не хотел убить нашего воина, значит, он не желает нам зла. Тогда, возможно, мы преследуем одинаковые цели? Я подошла к палатке главнокомандующего, окружающие ее воины хищно на меня поглядывали, от их взглядов мне становилось не по себе.

– Что вам надобно, мэм? – неожиданно спросил он, выходя из палатки.

– Я хотела бы взглянуть на пленника.

– Это невозможно, – уверенно отрезал он.