Сила защитников

Я старалась избегать их и не разговаривать с ними. Мы с дочкой сидели в сторонке и никого не трогали, и нас никто не трогал, только приносили чашки с провизией и водой, и этого достаточно.

– Герельти? Как ты себя чувствуешь, солнышко? – нежно спросила я свою крошку.

«Крошку». Моей «крошке» было уже тринадцать лет, но мне кажется она все такой же маленькой и милой девочкой, смущающейся по любому поводу. Она развернулась и тяжело посмотрела на меня. В ее глазах была усталость и грусть, но она выдавила из себя улыбку.

– Все хорошо, мам. Мы в безопасности – это главное.

– Ты скучаешь по папе?

– Да, по всем: по папе, Мартину, Ассентию, по Лили. Как думаешь, с ними все в порядке?

– Конечно, в порядке. Артос умелый воин, он не даст никого в обиду.

– Но Ассентий не с ними, и Мартин тоже. Мы вообще не знаем, где находится Мартин.

– Не волнуйся, он в своем мире, по крайней мере, так сказала Филиппа.

– А Ассентий? Зачем он сбежал? Там же так опасно, – не унималась моя дочурка.

– Ассентий, как и его отец, никогда не любил починяться приказам, от кого бы они ни исходили, даже от такого сильного человека, как Артос.

– Но его же могут убить, он же еще ребенок!

– Сам Ассентий вряд ли так считает, – пожала плечами я.

– А Мартин? Он больше не вернется в Либерию?

– Скорее всего, нет. Думаю, когда Филиппа найдет Сеню, она вернет его обратно.

– А сама останется тут?

– Второго фаукса у нее нет, все указывает на то, что она не сможет вернуться, но кто знает, вдруг у нее есть еще один план.

– Филиппа – твоя лучшая подруга?

– Да, – не совсем уверенно сказала я, – но она изменилась.

– Как?

– Не знаю, но я увидела другую Филиппу, не ту, которая была раньше. Мне кажется, она не собирается нам помогать.

– Почему?! – с негодованием воскликнула Герельти.

– Мне так показалось. В ее глазах я увидела ненависть к нашей стране и, думаю, ко всем, кто здесь находится.

– Без ее помощи нам не одолеть Зирель?

– Не одолеть, – тихо произнесла я.

– Значит, мы навсегда останемся изгнанниками? Мы вернемся в древнюю Морталу?

– Не знаю, солнышко, посмотрим. Может, не так уж все и плохо.

Она коротко кивнула и погрузилась в раздумья. Я смотрела на нее и понимала, что не хочу, чтобы моя дочь жила в изгнании, но также не хочу, чтобы она жила в протлевшей Либерии.