Второго дубля не будет. Московский физико-технический. 1965—1971

Банку мы поставили на подоконник прямо напротив входа, и я всё шутила:

– Тульских каждый раз, как зайдет, так смотрит на эту банку. Видит, уровень падает, и ему грустно, такая тоска в глазах.

Через неделю раздался стук в дверь:

– Войдите, – мягко, нараспев произнесла Галя. Мы с ней и Любочкой Волковской сидели по кроватям и что-то читали или обсуждали,

Вошел рыжий парень, который жил с Володей в одной комнате.

Не произнеся ни единого слова, даже не поздоровавшись, он большими шагами прошел через всю комнату к окошку, схватил банку, прижал ее к груди и стремительно удалился.

Мы все трое застыли с разинутыми ртами.

– Ну, дела… – протянула Люба.

От ее слов я вышла из столбняка и в корчах повалилась на кровать, дрыгая ногами в воздухе от смеха.

– Не решился прийти сам и прислал этого Рыжего, сладкого им захотелось, – выговорила я сквозь смех.

– Ну, ничего, Вовочка, я тебе этого не прощу сто лет, – сказала, смеясь, Галка и сильно топнула ногой, чтобы Вовка знал, что мы поняли его происки.

Почти каждый вечер, когда мы сидели в комнате и усиленно боролись с заданиями, в дверь стучали. Входил какой-нибудь парень, совершенно незнакомый, и просил:

– Девочки, дайте хоть маленький кусочек хлебца. Очень сильно кушать хочется, а у девочек всегда что-нибудь да есть пожевать.

Мы тогда еще только завтракали и обедали в столовой, а ужинали дома, нам еще хватало сил и времени готовить, и хлеб у нас действительно оставался, и мы выручали ребят.

Сначала мы делали это бескорыстно, но однажды, когда мы пытались с Галей вдвоем передвинуть шкаф, пыхтя и мучаясь, меня вдруг озарила мысль:

– А давай подождем до вечера, придут эти голодные Гаврики и подвинут нам шкаф.

Мы жили вчетвером в комнате метров шестнадцать. Стояли 4 кровати или тахты, как кому нравится или повезет, кровати были с панцирными сетками, 2 платяных шкафа, стол, 4 тумбочки, 4 стула и 1 книжный шкаф. Расставить это компактно было довольно трудно, но мы всё время переставляли мебель, старясь сделать хоть что-то, чтобы комната не выглядела такой казенной и унылой.

В этот вечер по закону подлости никто к нам не пришел, но на другой вечер, пришел парень, передвинул шкаф из одного угла в другой, получил свой кусок хлеба и удалился.

Как-то раз, когда я дремала на тахте в дневное время, к нам в комнату ворвалась женщина, схватила утюг со стола и умчалась, я села, протерла глаза, выскочила в коридор, но где там, ее и след простыл.

Вечером я пожаловалась Гале.