Происхождение мира. Naturalius dogmaticum

По возвращении в мирные земли Феликс вызвал удивление у матушки, отца и младшего брата, взявшего Феликса за эталон мужественности, силы и человеческой мощи.

Феликс был встречен на родине, как герой, талантливый предводитель и мудрый стратег. Его мнение ценили и прислушивались к нему. Ни один брак не заключался без его согласия, и ни один спор не завершался без его вмешательства. Каждый жил, основываясь на советах Феликса, а в близлежащих сёлах уже слагались легенды о «божественном вожде».

У Феликса, как говорили, было множество прекраснейших жён, и каждая из них служили ему для разных целей: любви, вдохновения, беседы и хозяйства.

Остальные же использовались им для утех, как второсортный товар.

Однако, второго пуасселя (шестнадцатого августа) Феликс был убит заговорщиками, среди которых был и его младшей брат Стефан, окончательно превратившись в безвестную легенду, каких немало.

Фейт Казахская

Двадцатого лавуазевря (тридцатого сентября) Фейт бежала от «тёмного» человека с орудием в руках, еле виднеющееся во мраке ночи.

Звёзды освещали путь Фейт, но посреди степи она не могла скрыться. Чуть дыша, она добралась до скал и спряталась за ними. Фейт кинула камень в воду, чтобы преступник подумал, будто бы она попыталась уплыть. Это сработало, и вот уже человек плыл, рассекая тёплую гладь озера.

Осознав свою ошибку, мужчина злостно двинулся к берегу. Фейт замерла в болезненном ожидании.

Лунная дорожка оканчивалась прямо на руке Фейт. Увидев девушку, неизвестный схватил её за ту самую руку и потянул вверх:

– Вот ты, сволочь…

– Не убивайте меня!

– Зачем мне убивать тебя? Ты – слишком хороший товар, чтобы вот так избавляться от тебя.

– Что?

– Заткнись! Завтра увидишь.

***

Утром обнажённая Фейт стояла вместе с остальными мужчинами и женщинами посреди невольничьего рынка, изнывая от жары и стыда.

– Сколько стоит эта девушка?

– Пятьдесят фелсов, – отозвался «тёмный» человек.

– А дешевле отдашь? – потирая руки интересовался покупатель.

– Могу отдать за сорок пять, – с недовольством ответил мужчина.

– А за сорок три?

– Так и быть. Бери, – продавец повернулся к Фейт, – Эй, ты! Спускайся с постамента, подружка! Твоё время пришло.

Фейт спустилась, звеня кандалами, и смирно встала поодаль, опустив голову и смотря на собственные ноги.

– Это теперь твой господин, – показал продавец на старичка с выжженным на солнце лицом.

– Я Мухаммед.