До чего доводят азартные игры

Пара матросов сидели у самого края, и один моряк аккуратно пробирался вперед по узкому горизонтальному дереву, будто мятежник, подверженный старинной казни.

– Есть среди вас помощник капитана? – громко осведомился я.

Морские волки с удивлением посмотрели на меня (тот, что завис над морем, чуть не канул в пучину от неожиданности) и как по команде взглянули наверх. Проследив за их взорами, я увидел ту девушку, скользящую вниз по канату. Когда она встала передо мной, я обратил внимание на то, что она вновь была в своем прежнем “облике”, будто пустынный мираж.

– Второй помощник, к вашим услугам. Чего хотел?

– Произошло огромное недоразумение. Я не моряк!

– Скоро им станешь, не переживай.

– Я даже в море никогда не выходил! – восклицал я.

– До сегодняшнего дня.

– Я могу заплатить. Столько, сколько потребуется. Мне лишь надо будет написать одно письмо.

– Теперь капитан будет платить тебе, а не ты капитану.

– Прошу вас! – умолял я.

Она устало провела ладонью по лбу и скрестила руки на груди.

– Сейчас решим со старпомом, что с тобой делать. Доволен?

Я согласился и она ушла, не оставив мне ничего, кроме ожидания. Если капитан согласится принять деньги, придется отписаться родителям, и как объясню я им случившееся? Впрочем, для начала нужно было дождаться ответа. Придя к такому выводу, я позволил себе расслабиться. Я в море! Меня обманом завлекли сюда, прочь от дома, прочь от суши. И виноват во всем был я, я один. Мое легкомыслие, моя неосторожность.

Взяв себя в руки, я приободрился. В конце концов, кто возьмет меня, в жизни не занимавшегося физическим трудом, на судно? Зато когда еще доведется такая возможность поразмышлять, как не сейчас, ощущая нежный бриз на коже?

Но пуститься в философские размышления мне не удалось. Очень скоро меня со всеми последствиями укачало. Понятно, что в таком постыдном положении ни о каких возвышенных мыслях и речи не шло. И эти глупцы собираются посадить меня на корабль матросом!

Когда мне стало немного легче, я затуманенным взором зацепился за фигуру второго помощника, вновь в ином платье, чем до этого.

Вскоре в рабочей суете показалась и она.