До чего доводят азартные игры

В этот раз и мне была очевидна принадлежность корабля – над топом фок-мачты развевался красно-черный флаг нашего Отечества.

– Вы имели в виду их? Но почему?

– Во-первых, перестань “выкать”. Во-вторых, пиратам мы не к черту – что нас, ради китового жира грабить? А вот флотским наши ребята очень даже могут пригодиться.

– Зачем? – изумился я.

– Принудительная вербовка – слышал?

Прежде чем я ответил, военные дали новый залп. На носу фрегата распустился пороховой цветок и корма пиратов взорвалась щепками.

Но в следующую секунду пираты стремительно повернули, белые полотна парусов заполоскались против ветра. Не ожидавшие поворота военные не успели уклониться от мощного бортового залпа.

От стоящего в воздухе грохота у меня заложило уши. Придя в себя, я наблюдал за тем как, подняв боковые паруса, пираты пустились в бегство. Поврежденный фрегат тяжеловесно повернул в погоню, хотя стало ясно, что им не угнаться за разбойниками.

– “Покоритель морей”, – прочитал я название на открывшейся нам корме фрегата.

Леди громко фыркнула.

– Глупое имя. Кто их придумывает?

– Почему глупое? Как по мне, вполне достойное столь героического корабля.

Краем глаза я заметил ее насмешливый взгляд.

– Потому что море нельзя покорить. Можно покорить человека, но не стихию. В любой момент нас, да и их тоже, может накрыть волной-убийцей или шквалом. И что мы, “покорители морей”, сможем сделать?

– Но ведь имеется в виду именно открытие новых земель, новых проливов, – попытался объяснить я.

 – Если смотреть так, как ты, то разумеется нельзя. Ведь море неживое!

Не поддержав мой смех, Леди пожала плечами.

– Для тебя, может, и нет.

– Но ведь ученые выявили признаки живого: рост…

– Это то, что наука никогда не сможет ни доказать, ни опровергнуть, – отрезала она. – Потому что нам неважно, правда ли то, во что мы верим, или нет. Важно то, что мы в это верим, и нам это помогает, и все.

Я был поражен той убежденностью, с которой это говорилось.

Неужели я напоролся на философские задатки, и где!..

– Во что ты веришь? – поинтересовался я, ожидая в столь неожиданном месте встретить язычницу.

– В жизнь, парень. В природу, – ответила она с ухмылкой и повернулась, чтобы уйти.

Размышляя об этом, я заметил еще одну деталь в ее речи.

– Постой! – воскликнул я.

– Стою. – Она шутя вытянулась по стойке смирно.

– Почему ты всегда пропускаешь “я”?

– Что? – расхохоталась она.