Забыто, не потеряно. Часть 3

Князь Нееман брал к своему двору немецких музыкантов. Его сын остался в истории под именем святой Сава. Настоящим его именем было же Растко и явно указывало на готическое происхождение».

Да, хотим мы этого или нет, но здесь в очередной раз не обошлось без вмешательства церкви, позже к ней еще прибавились коммунисты. Их целью было продолжение политики внедрения «славянства» на территории Каринтии/K?rntens, Южной Штирии/S?dsteiermark, путем смены полюсов влияния всего юго-восточного пространства, и попытки дегерманизации были успешными в такой степени, что бывшая Иллирия/Illyrien стала «Склавонией», а затем «Славонией».

«В этом временном мышлении, например, для известного Бад-Гастейна уже предусмотрено название ««GostilnaVrh». А в коммунистическом лозунге – что является полной противоположностью – «Dosvedanje a Koroskaulica na Bec!

– До свидания на торговой улице Кернтнерштрассе в Вене!»

«Carthaginemdelendam esse!» – кричали римляне. Они не только полностью разрушили Карфаген, но и стерли город из истории, оставив лишь несколько стен.

– Сегодня этот клич звучит, как: «Germaniamdelendam esse!» – С мощным западным порывом славянской легенды и духовной дегерманизацией за пределы самого сердца немецкого пространства против Запада, делается попытка достичь цели, которая, несмотря на ледяное планирование, провалилась в 1945 году.

Маклейн/McLaine пошел еще дальше и сказал о немецкой трагедии следующее: «враги немцев поставили и другие козыри на кон: перевоспитание, наркотическое попустительство, противозачаточные таблетки, англофилизм в виде поп-музыки, и массовые репрессии путем привлечения иностранных гастарбайтеров».

Что бы ни случилось с немцами, они обязаны сохранить свою историю. Она должна стать хроникой знаний и преданий без пробелов. История не делается историками, а пишется ими. Она не должна стать дестилятом слухов, как выразился английский историк Карлайл/Carlyle. Точно так же нельзя на пути историографии сбрасывать прошлое со счетов.

Ведь бессмысленно, постоянно и бездумно повторять литанию преодоления историй и прошлого. А преодоление – это не что иное, как изнасилование. Любую истину нужно принимать такой, какая она есть. Ее нельзя просто взять и убрать из мира. Если поколение скованно историческими тяготами, то в без эмоциональном фактическом написании истории необходимо видеть причинно-следственные связи с причинами и побудителями, как единое целое.