Мятежный август

Сделав пару затяжек, он спросил:

– Это чего, опять?

– А хрен его знает?! – ответил Цаплин. – Но мне лично это не нравиться! Опять гайки закручивать начнут!

Редькин продолжал курить и молчать.

– Ты что молчишь Редя, что думаешь? – Толик пихнул его в ногу.

– Суки! Все-таки решились! Я так и знал, – тихо молвил Редькин.

– А, может, Горбач и не болен? А может они его, волки, того? – Толик вопросительно посмотрел сначала на Редькина, потом на Цаплина.

– Конечно, сволочи! Они чуют им все крышка! – громко крикнул от крана Барбос.

Из окошка раздачи продолжалась нестись отборная брань, пиво продолжалось разливаться в емкости.

– Давай! Забирай пяти литровку! Следующий! – кричал Барбос клиентам.

– Что будет! Что будет! Опять коммунизм, мать его! Нет, надо за рубеж сваливать! – запричитал Толик.

Редькин налил себе еще пива и сказал:

– Жалко, теперь, наверное, мой кооператив закроют. – Цаплин развернул бумагу, там лежала соленая рыба.

– Угощайтесь!

– Не лезет, сейчас пиво провалится, можно и пожрать.

После третьей банки ко всем вернулось хорошее настроение, тема того, что будет в дальнейшем со страной, была исчерпана.

– Ну, теперь можно и водки! – сказал Толик и похлопал себя по животу.

– Мужики давай возьмем литру и пошли ко мне домой. Посидим, моя-то к теще в Барнаул уехала, – предложил Цаплин.

Редькин молча кивнул и посмотрел на Толика. Тот, улыбнувшись, сказал:

– Да, может больше уже, так и не попьем! Пошли. Я тут одну хату знаю.

– Пошли. Спасибо Барбос. Давай доторговывай последним перестроичным, следующий завоз уже хунтовским будет! – мрачно пошутил Цаплин.

Все трое встали и вышли из ларька. Они направились к Цаплину, который жил недалеко. По дороге Толик забежал в подъезд одного из домов и через три минуты вышел с оттопыренными бутылками карманами.

У Цаплина дома была для обывателей этого района довольно таки приличная обстановка. Сказывалось то, что он был председателем мебельного кооператива.

Но Цаплин пил и попивал крепко. Из-за этого пошли скандалы с женой, дисциплина в кооперативе упала. Предприятие находилось на грани краха. Цаплин же от этого пил еще больше. Получался печально знаменитый русский замкнутый круг.