Стиг Ларссон: человек, который играл с огнем

Времени у него хватило лишь на краткое совещание с коллегами, однако он быстро принял решение, что одного из двух предполагаемых убийц, упомянутых в более раннем заявлении, следует отбросить. Теперь речь шла об одном преступнике. Хольмер не объяснил, что заставило его принять такое решение.

Он вошел в зал для пресс-конференций в штабе полиции в полдень и начал говорить в уверенной манере, благодаря которой стал впоследствии Шведом года.

* * *

Давление было огромным. На Хольмера смотрел весь мир: ожидалось, что для расследования он назначит кого-то из самых квалифицированных дознавателей.

Хольмер всех удивил, взяв эту роль на себя. Опыта, необходимого, чтобы лично заниматься столь значительным делом, он не имел, но таким опытом могла похвастаться его команда – за два дня ее состав превысил две сотни человек.

В первые дни не знали, чего ожидать. Убийство Пальме могло оказаться началом больших событий. Может быть, государственного переворота. Первым делом Хольмер позаботился о собственной безопасности.

Вместо того чтобы обращаться к опозорившейся СЭПО, он нанял четырех телохранителей, которым полностью доверял.

Как лицо, возглавляющие расследование, Хольмер должен был убедиться, что пользуется поддержкой правительства. На следующий после убийства день он встретился с новым премьером Ингваром Карлссоном.

Встреча прошла в комнате за большой аудиторией в стокгольмском городском конференц-центре в шесть вечера 2 марта. Эббе Карлсон тоже присутствовал, хотя формально занимал должность редактора в книгоиздательстве, но и Ингвар Карлссон, и Хольмер знали, что как друг Улофа Пальме Эббе часто оказывался там, где вроде бы ему нечего было делать.

И почти столь же часто он управлялся с тем, с чем никто другой не мог разобраться. Как раз такой случай.

Хольмер вкратце ввел премьера в ход расследования и получил подтверждение, что задача и в самом деле целиком возложена на него. Убийство можно было рассматривать как террористический акт, и тогда им следовало заняться СЭПО, или как особое происшествие, что находилось в компетенции Государственного департамента уголовных расследований.

Но дело отдавали в руки Хольмера.

За первые несколько дней появились подсказки и наводки, указывавшие на все подряд, от версии международного заговора до версии одинокого стрелка-психопата. Первая наводка, ставшая известной прессе, касалась одного австрийца. СМИ сообщали, что полиция рассматривает убийство Пальме как уличное преступление. Хольмер вступил в игру.