Лихо. Двенадцать железных цепей

Поэтому костёр сложили на внутреннем дворе.

Лазар представил улочки Хургитана, дома из песчаника и узорные торговые навесы на площади Бейгеш; хмурых иофатцев из тех, что ещё удерживали город, – они закрывали нижнюю часть лиц платками, окуренными дымом целебных трав. Хургитанцы бы заполонили всю площадь и смотрели на костёр Айше свирепыми глазами. А потом начались бы беспорядки.

– Кто-то ещё подозревает меня, Саак?

Из коридора они вывернули на лестницу, и Саак взмахнул рукой, как крылом, так что едва не впечатал Лазара в стену.

– Б-бесы! – выругался он с пылом. – Да пошли бы они, Лазар!.. Ты нашёл ведьму, что больше никто не смог, и брат Гвидо, вместо того чтобы рассыпаться в благодарностях, несёт совершенную чушь.

Лазар слегка улыбнулся.

– На вопрос ответишь?

– Брат Эйлуд что-то подтявкивал, но не знаю, говорил ли с ним Гвидо или он просто брызжет ядом. Ещё несколько братьев…

Они оказались в запустевшем саду, прошли под мозаичной аркой. Саак рассказывал, как ведьма посеяла сомнения среди башильеров: мол, Гвидо теперь Лазара не оставит.

– Тебе нужно уехать, – убеждал Саак. – У Гвидо ещё достаточно сил, чтобы запытать тебя в темнице.

О, как он ошибался. Лазара даже не нужно было пытать – достаточно коснуться его любой вещью из чёрного железа.

На бортике фонтана сидела ворона и пила тинистую воду.

– Почему ты молчишь?

– Думаю. – Лазар устало посмотрел в ответ. – Но я всё равно никуда не поеду.

Он знал: у него было ещё несколько дней. Пока Гвидо оклемается, пока позовёт к себе… Ему хватит времени, чтобы усмирить фар-а-аулат настолько, насколько возможно, и подготовиться к обряду дахмарзу: про чародеев-изгнаников он башильерам много не рассказывал. Незачем.

Саак обогнал его на несколько шагов, развернулся.

– Ты что же, – спросил с сомнением, – не боишься?

Брата Гвидо, хал-азарских воинов, пыток, плена? Саак не уточнял, а Лазар только отрывисто пожал плечами:

– Я на своей ноге далеко не убегу. А вот ты – убежишь.

Саак гордо вскинул нос.

– Я не трус, чтобы бросать храм.

– Но и не дурак, чтобы тут оставаться. – Лазар понизил голос. – Слушай… Надо использовать то, что у тебя есть, и не хоронить себя зазря.