Тайная жизнь Джейн. Дуэль

Теперь он не мигая смотрел на Ричарда – как палач на жертву. – Граф беспокоился, все ли с вами в порядке. Мы нашли вас в спальне и поняли, что вечер оказался утомительным. Я хорошо понимаю – первая победа, да еще и такая блестящая. Ее следует отпраздновать, и, конечно, не одному. Но, боюсь, у графа иные соображения на этот счет. Он очень разгневан.

– Утомительным? Делрой, что вы там увидели? – Дик начал злиться, не чувствуя за собой ни малейшей вины.

– Вас и одну даму. Из числа доступных, вероятно. Полагаю, вы неплохо провели время, но утонченный вкус лорда Сеймурского не смог по достоинству оценить незатейливость ваших представлений об отдыхе.

– Когда я очнулся, не было никакой дамы. Как она выглядела? – Ричард едва сдерживался, чтобы не схватить за шиворот напыщенного мерзавца, который, не зная ровным счетом ничего, смеет его осуждать.

– Рекомендую обратиться к врачу. Потеря памяти – дурной признак.

Лишь огромное, поистине нечеловеческое напряжение воли позволило Дику не сгрести за грудки этого выскочку, чтобы вытрясти из него все, что он знает о проклятом вечере.

– Благодарю за заботу о моем здоровье. А теперь меня интересует, как выглядела женщина, которую вы обнаружили в моей спальне!

Заметив состояние хозяина, Колин поспешил вмешаться.

– Сэр, для нас очень важна эта информация, – сказал он. – Случилось некоторое недопонимание, которое следует незамедлительно устранить. Расскажите нам, пожалуйста, о той женщине.

– Я ее не разглядывал.

– И что сказал граф после того, как увидел мистера Кавендиша? – Колин взял на себя ведение переговоров, а Ричард с огромным трудом сдерживался, чтобы не вспылить, окончательно все испортив.

– Он был рад, что вовремя увидел настоящее лицо этого человека, – ответил Делрой.

– И все?

– Все.

– Лорд Сеймурский сообщил, куда он собирается уезжать?

– Я не вправе рассказывать вам об этом, – сухо произнес Делрой, а потом слегка поклонился.

Колину пришлось нарушить субординацию, почти силой выведя разъяренного Ричарда из квартиры мистера Делроя. К счастью, вспышка злости быстро сменилась полным упадком сил и апатией – следствием недавнего отравления какой-то дрянью – морфином или чем-то вроде того.