Мой ласковый и дикий зверь

Я очень любила вокал, но когда я была на занятиях и пела, у всех вокруг начинала болеть голова. Да так, что многие прямо в классе падали в обморок. Но никто, конечно, не знал, что это связано со мной, – удовлетворенно улыбнулась Ди. – Голосок у меня был ангельский. В общем, все вокруг реально загибались, и только мне все было ни по чем. Дошло до того, что хор расформировали, а я стала ходить на занятия в музыкальную школу, там все повторилось. На репетициях все морщились, хватались за голову, петь никто не мог. Кроме меня.

И тут я поняла, что это со мной что-то не так! Несколько раз я пела в присутствии разных людей, и у всех реакция была одинаковая. Но прошу заметить, что это было лишь начало развития моего дара.

– Тоже мне дар, – фыркнул Эдик, а Ди метнула на него недовольный взгляд, но продолжила рассказ:

– Я на время прекратила петь, но изредка проверяла свой дар на людях. Ничего не менялось, все хватались за голову, кого-то даже тошнило, прикинь! И вот как-то раз, когда мне уже было двадцать, я поругалась с парнем, в какой-то момент я так разозлилась, что закричала на всю квартиру, а он…

– Умер? – испугалась я.

– Почти, – вздохнула Ди, видно было, что парня ей немного жаль. – Я вовремя заткнулась, а у него кровь из ушей пошла, в гостиной разбилось большое зеркало и треснуло оконное стекло.

– Сильно, ничего не скажешь, – пробормотала я.

– А то. Признаюсь, что еще несколько раз практиковала такое. Крик в смысле, и боюсь, что действительно могу убить человека. Да что там человека… Если мне дать микрофон, я, наверное, полгорода истреблю.

А давайте я свою силу вам продемонстрирую.

Макс замахал руками, а Ди вдруг издала такой звук, что мы все зажали уши ладонями и сжались.

– Ой, да ладно вам, – хмыкнула Диана. – Я даже не старалась.

– Дура, блин, – простонал Эдик. – Башка чуть не взорвалась!

Я была с ним согласна. В голове звенело, к горлу подкатила тошнота, но еще я почувствовала дикое раздражение и ярость. Нет-нет, только не сейчас. Надо успокоиться.

«Тише-тише, пантерка», – мысленно успокаивала я себя. Не знаю почему, но я решила для себя, что эти пятна, черные волосы и желтые глаза очень подходят к описанию пантеры.

– Диана! – раздраженно воскликнул Макс. – Не стоило этого делать! Мы не знаем, как может отреагировать Мия.

– Кстати, почему у тебя такое дурацкое имя? – спросил Эдуардо, приглядываясь ко мне.

– Почему дурацкое? – обиделась я. – Мама раньше работала в иностранной фирме, часто бывала в США.