День милости

Может быть, именно поэтому Зейн чувствовал волнение? Она отличалась от других в своих желаниях. Мало кто хочет жить в нищей Долине, занимаясь тяжелым ручным трудом.

Призрак скользил взглядом по членам семей жертв, но то и дело снова поворачивался к Айви. Девушка с черными кудрями обхватила за шею отца и тихо плакала, спрятав лицо на его плече. Старенькая женщина маленького роста обняла ее со спины и прижалась к ней худым телом. Мальчик с черными непослушными волосами растерянно стоял рядом, комкая в пальцах тканевую кепку.

Зейн вышел из темноты, и все присутствующие разом замолчали. Айви обернулась к Призраку, глядя на него огромными влажными глазами. Он быстро перевел свой взгляд на Даниэля, а затем на Стейси Гейт и ее мать.

– Пора, – произнес он и повернулся спиной, неторопливо направившись к лестнице.

Айви Эванс не могла знать, что Зейн обладал необычным слухом, потому едва слышно шепнула отцу на ухо слова, которые заставили Призрака замереть на пару секунд:

– Если в течение года от меня не будет вестей, значит, милость Правителя – обман.

***

День милости – это не тот праздник, который наш народ отмечал с древности, как, например, наступление нового календарного года. Эту традицию придумал Правитель десять лет назад. Именно с тех пор в каждой Долине начали проводить отборы в последнюю субботу лета.

Я молча шла позади Призрака, слыша за спиной торопливые шаги остальных участников и бубнеж Клинта. Дэни больше не делал попыток подойти ко мне. Возможно, обиделся на мои слова или же давал мне время прийти в себя.

Никто из нас не знал, что происходит с четверкой отобранных дальше. Мы вышли за пределы Долины, где был раскинут шатер для тех, кто приехал из города проводить отбор. Люди уже суетливо складывали вещи в большие ящики, явно собираясь отправляться в путь.

– Что дальше? – не выдержала я, адресуя свой вопрос Призраку.

Он лишь слегка повернул голову на мой голос и равнодушно произнес:

– Дальнейший путь мы проделаем в скоростном вагоне.

Кто-то дернул меня за руку, и я быстро обернулась. Стейси смотрела на меня, в ужасе округлив глаза.

– Что ты делаешь, дурная? – шикнула она. – Ты не можешь разговаривать с Призраком!

– С какой стати? – шепотом ответила я, но не удержалась от недовольной гримасы. – Он такой же человек, как и мы!

– Боже, Эванс! Ты вечно была не от мира сего. Ничего не изменилось.