Две стороны монеты

Только я не думаю, что три часа в шлюпке доставят удовольствие нашим пассажирам. Может, лучше переждать это время на каком-нибудь острове? Есть что-нибудь поблизости?

Олех помолчал:

– Здесь островов немного. Через час будем проходить мимо одного. Правда, он… – капитан как-то странно взглянул на друга. – Но мы ведь не собираемся на нем ночевать.

– Что, нехороший островок?

Олех неопределенно кивнул:

– Совсем маленький, каменистый, растительности почти нет, воды пресной тоже, вокруг подводные камни, но на шлюпке причалить к нему можно.

– Тогда решено. Три часа – не три дня.

– Это верно, – облегченно улыбнулся капитан. – Пойду будить пассажиров.

Через час «Заря» бросила якорь невдалеке от острова. Все, кроме боцмана и двух матросов, сели в шлюпку, в том числе и капитан, решивший, что его место рядом с пассажирами, и знавший, что на корабле прекрасно справятся и без него.

На деле остров оказался еще менее привлекательным, чем его описал Олех: с того края, куда они причалили, еще изредка меж серых камней виднелись чахлые низкие деревца и корявые кустарнички, а на противоположной стороне были лишь только громоздящиеся друг на друга скалы.

Остров был явно необитаем, и сошедшим на него людям сразу стало как-то неуютно. Ива, ступив на берег, поежилась, будто от холода, хотя было все так же солнечно и тепло, и взяла за руку отца. Молодой матрос, тот самый, с родимым пятном, огляделся и присвистнул:

– Да, гнусный островочек.

– Хорошо, что мы проведем на нем всего пару часов, – сказал старавшийся не терять бодрости духа Аскалон и посмотрел на капитана, ожидая поддержки, но тот промолчал.

Он был непривычно хмур и напряженно вглядывался в серые камни.

Зато матрос не унимался:

– Надеюсь, здесь не водится никаких чудовищ. Я слышал про эти острова много такого, что…

– Не стоит слушать всякий вздор, – перебил его капитан. – Лучше иди достань из шлюпки корзины с провизией и одеяла. Самое время для завтрака.

– Конечно, – подхватил Аскалон.

 – Сейчас сядем, позавтракаем – и сразу станет веселее.

Он посмотрел на Иву. Она, бедная, совсем сникла. Видно, на впечатлительную девушку очень подействовал окружающий мрачный пейзаж. Она с тоской смотрела в сторону Моря, туда, где маячила ставшая совсем маленькой их «Заря».

Зато Виринея чувствовала себя замечательно: она легко прыгала по камням (на этот раз на ней была удобная широкая юбка и мягкие сапожки) и казалась более возбужденной, чем обычно.