Мариуполь. Назад в будущее

Крик Михаила, появление ритмов пульса, импульсы живого мозга, дыхание и, наконец, «взбунтовавшиеся» часы Виктора, которые, как запомнил Маркевич, вообще не показывали цифровых значений при поступлении пациента в приёмное отделение. Всё это не укладывалось в докторской голове. Он самолично фиксировал смерть пациента: по отсутствию пульса, арефлексии, широким зрачкам, не реагирующим на свет, остановке сердца и дыхания! В общем, Маркевич относил все произошедшее к мистике.

Никита Витальевич внимательно выслушал молодого коллегу, важно улыбнулся и успокоительно объяснил, что возможности человеческого организма наукой полностью не изучены, а про мозг и подавно многое не ясно.

Рассказал про пациента-националиста, которого он несколько часов оперировал и который по всем признакам должен был погибнуть, но вопреки этому жив. И добавил, что ничего мистического во всём том, что он услышал, нет. После чего пригласил Маркевича проследовать вместе с ним и взглянуть на пациента.

В то же самое время фельдшеры скорой помощи ввезли Виктора на каталке в операционную, где ещё недавно оперировали Маргелу.

Дежурные санитары помогли переложить его на стол. В этот момент в операционную вошли Мазай с Маркевичем.

Никита Витальевич подошел к пациенту, взял его руку чтобы нащупать пульс. На руке он заметил те самые часы «Электроника-5». Пульс едва прощупывался, но всё же отбивал прерывистый ритм. Из любопытства Мазай взглянул на циферблат. Часы показывали: 09 мая 1941 года, пятница, 14:30. Он подозвал доктора Маркевича и показал на часы.

– Вот видите, нет никаких взбесившихся часов. Работают и отсчитывают секунды! – он указал на мигающие точки циферблата.

– Да, но сейчас же 2014 год, а на часах 1941.

– Ну, это обычный электронный сбой, такое бывает в технике. Не будем заострять на этом внимания.

Мазай велел фельдшеру снять часы и подключить сенсоры к выбранным точкам на теле и голове Виктора. Фельдшер послушно выполнил задание, а затем включил мониторы.

Все показатели жизнедеятельности тела и головного мозга указывали на то, что пациент находится в пограничном состоянии, между жизнью и смертью.

Глава 7

Виктор очнулся в 5:50, от внезапно прозвеневшего будильника. Тело ломило, голова гудела и буквально разламывалась от боли. Последнее, что помнилось, – это взрыв. Но вспомнить, что это был за взрыв, где и когда он прозвучал, Виктор никак не мог. Какие-то предположения проскакивали искоркой в мозгу, и он подозревал, что взорвался газ.