На своей стороне

Хорошо, пусть русский перебежчик и какой-то важный гражданский или военный чин. Сейчас он в руках военной разведки, с ним жена и ребенок. Не исключено, что его поместили в тюрьму. Снова жена и ребенок? Им должны предоставить какое-то пристанище. У нас есть русские гимназии, русские общины. Но это смешно, чтобы мальчика, прибывшего из России таким вот способом, уже определили в гимназию, тем более русскую. Ладно, пусть Арто копает. Может, кто-то из тайных агентов или информаторов даст зацепку. В конце концов, кроме советского перебежчика есть уйма дел».

***

– Какие будут указания, господин полковник? – спросил Кярккяйнен у Ларса Меландера.

– Что вы имеете в виду, майор?

– Какие у нас планы на Эйнари?

– У меня, если честно, нет никаких планов. Пока будем вытаскивать из него информацию, потом посмотрим. Может быть, он будет полезен в диверсионной школе.

– Точно подмечено – «вытаскивать информацию», упрямый тип, нужно сказать.

– Чему удивляться, Арво? Он же финн, финн-коммунист, – Меландер рассмеялся.

– Вы говорили о Розенстреме[38 - Густав Розенстрем – офицер финской разведки, один из лучших сотрудников европейских спецслужб. Активно создавал шпионскую сеть в СССР, в том числе группы агентов для совершения диверсий в Советской России.], хотите ввести его в курс дела?

– Думаю, он уже в курсе. Розенстрем – один из лучших разведчиков Финляндии, а то и всей Европы.

– Что есть, то есть, но мне кажется, не стоит передавать Эйнари под руководство Розенстрема.

– Это почему же?

– Все мы в той или иной степени авантюристы, иначе бы не работали в разведке.

– Интересная мысль, майор! То есть хотите сказать, что все мы здесь немного того, – Меландер опять рассмеялся.

– В общем-то, да, – Арво немного смутился, – впрочем, это не проблема, это профессиональное.

– Ничего не имею против данного высказывания.

– Так вот, Розенстрем, знаете ли, внушает мне порой опасения.

– Хотите сказать, что он окончательно поехавший?

– Да! С вашего ведома или без вашего ведома Розенстрем придумает что-нибудь такое, в результате чего Эйнари вновь окажется в СССР или возглавит здесь местных коммунистов.

– Вы боитесь Розенстрема?

– Ну, самого Густава я, конечно, не боюсь. Однако его связи с правыми, с лапуасцами… Все это может плохо закончиться.

– В таком случае, зачем им Эйнари?

– Эйнари – очень удобный инструмент. Его можно использовать по-разному.