На своей стороне

], помните?

Эйнари, естественно, помнил. Это, возможно, самые большие учения Красной Армии за весь период ее существования. Во всех частях демонстрировали кадры, когда сотни, тысячи парашютистов-десантников спускались с неба, вместе с пушками, машинами, бронетехникой, как в полях наступали танки, пехота, кавалерия.

– В этих маневрах участвовало столько танков, сколько нет во всей армии Финляндии. Я знаю об этом со слов французских военных атташе. Их весьма впечатлила Красная Армия, чего не скажешь о финской.

– Что из этого следует, полковник? – спросил Эйнари.

– Сейчас отправимся еще в одно место – и нужно будет принимать решение.

Автомобиль вновь мчался по улицам Хельсинки. На пересечении улиц Булеварди и Альбертинкату, у здания Александровского театра, автомобиль остановился.

– Это, Эйнари, смотрите внимательно… посольство вашей страны, – Меландер указал на внушительное здание с противоположной стороны и многозначительно заглянул в глаза Хейкконену.

– Теперь назад в штаб.

Спустя четверть часа Меландер, Лейно и Эйнари вернулись в кабинет начальника Управления военной разведки.

– Итак, Эйнари, как я понял, ваше упрямство безгранично. Но скажите, когда вы бежали из СССР, на что рассчитывали?

– Хотел избежать расправы, сохранить жизнь, обезопасить семью, – Эйнари потупил взгляд, сейчас он походил на школьника, который разбил окно в учительской и был вызван «на ковер».

– Объяснять не нужно, что так просто устроить свою жизнь в Финляндии с вашей, не побоюсь этого слова, богатой биографией не получится, – непринужденно сказал капитан Лейно.

– Теперь по существу, – Ларс говорил без эмоций.

Замысел был прост – вместо того чтобы «ломать» Эйнари, Меландер попытался найти с ним точки соприкосновения. Эйнари – военный разведчик, он, скорее всего, разочаровался в политике советского государства, но вовсе не в своих товарищах и Красной Армии. Меландер чувствовал, что Хейкконен по-прежнему считает себя советским командиром, ценит и уважает свою армию. Он мог изменить Сталину, но не Родине.

– Эйнари, я повторяю предложение. Начинаете работать на военную разведку – мы забываем о вашем участии в походе Антикайненна и в дальнейшем помогаем устроить жизнь в Финляндии.