На своей стороне

Называть его нужно господин полковник, понятно? – небрежно сказал лейтенант.

Эйнари кивнул в ответ головой.

Лео Кюандер допивал кофе. Он уже разменял шестой десяток… Мировая, потом Гражданская в Финляндии, свыше десяти лет службы в Кайнуу начальником погранохраны. Сообщение о крестьянине, который видел русских, не вызвало у него особых эмоций: «Нужно еще посмотреть на этого крестьянина, может, за последнюю неделю он видел не только русских шпионов, но и что-то пострашнее».

Эйнари провели в кабинет.

«Богато», – отметил он про себя, увидев на стенах кабинета сабли и старинные ружья.

Кюандер поднялся, кивнул лейтенанту. Эйнари и Лео остались одни. Несколько мгновений они оценивали друг друга.

– Вы хотели что-то сказать насчет русских? Видели русских офицеров? – спросил Кюандер.

– Да, полковник, – Эйнари не смог сказать «господин».

– Уверены, что это были русские военные? Вы вообще имеете представление о Красной Армии?

– Так точно, – выпалил Эйнари.

«Это не простой крестьянин с финского хутора», – промелькнуло у Лео.

– С чего вы взяли? Может, это были наши пограничники. Знаете, как выглядят советские офицеры?

– Полковник, – уверенно продолжил Эйнари, – в Красной Армии нет офицеров и солдат, есть командиры и бойцы.

– Интересно, интересно, откуда такие познания?

– Я и есть командир Красной Армии.

Кюандер слегка побледнел. Не успел он до конца осознать сказанное, как Эйнари вытянул из внутреннего кармана удостоверение – красную книжицу.

– Вот мои документы! Разрешите сдать оружие?!

– Оружие? Оно у вас есть? – Лео даже не пытался скрыть свою растерянность.

– Конечно, я вооружен, но сдаю все добровольно.

Эйнари вытащил из-за пазухи револьвер, патроны, достал складной нож. Когда это оказалось на столе, он слегка наклонился и вытянул из голенища сапога еще один нож.

– Я Эйнари Хейкконен, капитан Красной Армии, финн по рождению и национальности, добровольно сдаюсь властям Финляндии.

Лео предложил Эйнари стул, протянул сигареты.

– Весьма необычно. Меня зовут Лео Кюандер, я командир пограничной охраны провинции Кайнуу. Пока будете находиться здесь, а дальше решим, что с вами делать. Почему бежали? Вы же не гражданский, а военный человек, и осознаете, что это предательство.

– Репрессии! Рано или поздно меня арестовали бы, потом жену или наоборот. Участь ребенка тоже была бы незавидной.