Мои газетные строки

Как часто мы это упускаем из виду! Стараемся в первую очередь дать производственные навыки, научить читать чертежи, правильно пользоваться инструментом и забываем о самом главном, о необходимости привить любовь к своему делу, гордость за него. Как-то не доходят руки, почему-то не считаем это важным!

А Толику в последнее время грезится шофёрская баранка.

Почему? Определенно ответить он и сам не может. Только сесть за руль автомобиля – его ближайшая мечта. Права на вождение он имеет, выучился в ДОСААФ. Решил даже просить перевести в транспортный цех.

Но, то ли помешал невыполненный в то время месячный план, то ли просто нежелание отпускать своего рабочего, только не понял начальник цеха №38 т. Дюпин этого увлечения, не выслушал внимательно просьбу. Отказал – и всё. А ведь Анатолий мечтает стать инженером-автомобилистом. Хотя среднюю школу не закончил, а мечтает.

Скажете, опять «завихрения» в голове у парня – и только! А, может, мечта выведет его на столбовую дорогу жизни!

Конечно, сначала надо закончить школу.

И сейчас Анатолий ещё колеблется: возобновлять учебу или повременить.

Парню девятнадцать. Собственно, и не очень много. Сейчас, как никогда, ему требуется добрый и умный совет старших товарищей. Нам не должно быть безразлично, как он и его сверстники преодолевают первые трудности, как разбираются в «путанице» жизни.

Соседские справа тиски – Вити Алексеева. Худенький шестнадцатилетний подросток, тот самый, который совсем недавно сделал почти полумесячный прогул.

Наблюдаю за их работой.

Вот мастер принёс им заготовки – прямоугольной формы планки. Работа с виду несложная. Но простота эта кажущаяся.

Попыхивает папиросой Анатолий, под руками мелькают ящики верстака – ищет штангенциркуль. Виктор, наоборот, медлителен, долго рассматривает заготовки, пробует пальцем заусенцы и не спеша вытирает смазку.

В цехе он, пожалуй, самый молодой – шестнадцать лет. Слесарную работу любит. Старается постичь тайны слесарного мастерства, но удаётся не всегда: опыта маловато.

– Чтобы сравняться с другими, ему надо поработать года три, не менее, – говорит Иван Афанасьевич.

А о том прогуле Виктор рассказывает с неохотой. Работа в первое время была неинтересной. Да и в цехе скучно, непривычно. В школе занимался акробатикой, стрельбой, а здесь ничего такого нет (!).

– Ещё весной, – продолжает он, – пригласили привести в порядок заводской тир. Записали в стрелковый кружок, и на том дело закончилось: сказали, что нет винтовок.