Однажды я станцую для тебя

– Послушай, хорошо, что ты сама заговорила о лете…

– Почему? Хочешь предложить какие-то идеи? Есть пожелания?

– Я как раз собиралась кое-что обсудить с тобой. Давай будем действовать здраво… Пора подумать о том, чтобы закрыть летние курсы.

У меня перехватило горло. Только что Бертий предала меня, провозгласила не подлежащий обжалованию приговор. Кому? Мне, кому же еще…

– Что? Но… Но почему?

Это неожиданное решение раздавило меня.

– Мне очень жаль, но постарайся понять. Закрывать школу на все лето сразу после выпускного концерта – это несерьезно.

И она продолжила, не дав мне времени возразить:

– Мы задыхаемся от заявок на проведение летних классов в Париже, можно было бы собрать интересных людей, с более широкими запросами. К тому же они принесут нам больше денег. Мы всегда знали, что курсы в Провансе – временное решение…

– Ну да, конечно, – с трудом выдавила я еле слышным голосом.

– Это не назло тебе, честное слово. Постарайся найти положительные стороны, ладно? Не торопись, обдумай все спокойно и скажи мне, что ты об этом думаешь. Помни, что я рассчитываю на твое участие в моих новых летних программах.

Что я об этом думаю, Бертий? Что ты только что лишила меня одной из самых больших радостей, сославшись на интересы школы, как если бы всем руководила только ты.

– Ты права.

– Можно приехать к тебе в августе? – поинтересовался Сандро. – Мне будет не хватать коротких каникул в Провансе.

Уж не знаю как, но я нашла в себе силы улыбнуться ему. Даже Сандро как будто не был шокирован предложением Бертий. Похоже, у меня проблемы…

– Я рада, что ты так к этому отнеслась… Честно говоря, летние курсы – только первый этап, я бы хотела вам предложить еще кое-что.

Что еще свалится нам на голову? Новые планы явно наполняли ее бурным энтузиазмом. Я ни за что бы не подумала, что она может так загореться – от нее практически исходило сияние. Какое у меня право тормозить ее порыв? Даже если я хотела только одного – во весь голос завопить, что я против, – мне оставалось лишь молча выслушать ее.

– Говори, мы готовы, – кое-как выдавила я.