Однажды я станцую для тебя

Черты лица и высокая стройная фигура как будто отходили на второй план, потому что главной была его завораживающая харизма. Важную роль играла и уверенность в себе, которую Эмерик проявлял, однако, очень сдержанно. Все, с кем он общался, сразу чувствовали, что этому человеку удастся все задуманное, но при этом я никогда не замечала в нем желания раздавить партнера. Эмерик просто доказывал, как дважды два, что в своей области обладает высочайшей компетентностью и его ничто не страшит, а все препятствия будут сметены благодаря упорной работе, воле и дерзости.

Выражение его лица смягчилось, когда наши глаза встретились, и Эмерик прикоснулся пальцами к губам, посылая мне воздушный поцелуй. Несколько минут спустя он выключил телефон… наконец-то. Перед тем как подойти ко мне, он обвел взглядом зал ресторана, на его губах играла хищная полуулыбка. Я не шевелясь наблюдала за тем, как он приближается к нашему столику. Когда он очутился рядом, я подставила ему для поцелуя шею, он наклонился, от прикосновения его губ меня охватила дрожь, и он сел напротив меня.

Эмерик изучал меня долгие-долгие минуты, как если бы заново открывал для себя. Этот привычный ритуал, похоже, помогал ему сбросить стресс. Я любила мгновения, когда он возвращался из своего мира в мой, я тогда казалась себе центром его вселенной, а он снова становился тем Эмериком, которого знала только я.

– Этот звонок? Ничего серьезного, надеюсь?

– Нет… Скорее хорошая новость! – ответил он с сияющим лицом и блестящими от возбуждения глазами.

 – Ну, если не считать новую неразрешимую головоломку в моем распорядке дня.

– Могу я узнать, что за новость привела тебя в такое состояние?

Он увлекся, как всегда, когда речь заходила о работе, а я молча слушала, как он со всеми подробностями объясняет суть вновь открывшейся возможности. Его многословная скороговорка забавляла меня.

В какой-то момент Эмерик осознал, что в последние десять минут сам задает вопросы и сам на них отвечает.

Он смущенно хихикнул, перевел дух и извинился.

– Ладно-ладно, после поговорим об этом… Теперь я весь твой.

Не совсем, потому что перед нами вырос официант, намеренный принять заказ.

– Как там, в Провансе, прошло? – спросил Эмерик, когда мы снова остались вдвоем.

Я слабо улыбнулась в ответ, эта улыбка наверняка была грустной.

– Кати и Матье просили поцеловать тебя, они надеются, что ты приедешь этим летом.

– Я тоже.