Каждому свое

– Оказалось, что даже в таком гадюшнике, как комендатура, есть вполне приличные люди. Парень, который выдавал мне документы, рассказал, что ты в одиночку освобождаться наотрез отказался. «Мы были вдвоем, один стрелял, другой не остановил, поэтому виновны оба». Знаешь, как это называется? Благородство. Чего в России всегда в избытке было.

Северов поморщился и недовольно покачал головой.

– Ну ладно, – заспешил капитан. – У войны одно серьезное преимущество: она способна сочетать не сочетаемое.

Так что, может быть, наши жизни еще где-то пересекутся.

– Скажи на прощание, откуда у тебя такая благозвучная фамилия – Дубровский? – поинтересовался Северов, пожимая руку собрату по несчастью.

– Это длинная история, – оживился капитан. – Обещаю рассказать подробнее при нашей следующей встрече. А сейчас…

Он развел руками, затем повернулся и уверенно зашагал под откос к ожидавшим его солдатам.

* * *

Генерал – он тоже человек, только одетый в добротную форму. Кроме того, позади у него – прожитые годы и серьезные поступки, которые он совершал, но о которых предпочитает молчать.

Когда Северов вместе с Григорием вошли в кабинет, генерал поднялся из-за стола и почему-то улыбаясь пожал им руки.

– Григорий Федорович посвятил меня в историю, связанную с вашим ночным пребыванием в комендатуре. Как там, в неволе?

– Весьма полезный опыт.

– Для чего?

– Для того, чтобы туда больше не попадать.

Генерал по достоинству оценил неожиданный поворот в беседе.

Он совершенно не по-генеральски, а по-человечески рассмеялся и на какое-то время перестал быть военным. Даже хорошо отглаженная, сшитая из особой ткани военная форма выглядела на нем теперь как дорогой костюм, в меру декорированный яркими орденскими колодками.

После нескольких глотков горячего чая, поданного в граненых стаканах, хозяин кабинета резко сменил тон и заговорил серьезно.

– Время и складывающаяся обстановка заставляют меня быть с вами предельно откровенным.

– Спасибо.

От неожиданной благодарности у генерала подскочили вверх сразу обе брови, но тут же вернулись на свое место.

– Начну с весьма печального признания. Район дислокации немецкой группировки «Север», куда вы направляетесь, превратился с некоторых пор в проклятое место, в кладбище для людей, посылаемых туда нами и нашими военными коллегами. Причем мы теряем не новичков, а людей с солидным опытом нелегальной работы.