Рождение Новороссии. От Екатерины II до Александра I

Свое странное поведение Янус объяснял невозможностью штурма укреплений при помощи конных драгун. Однако генерал Ренне вскоре с теми же драгунами осуществит успешный штурм не какого-то предмостного укрепления, а мощной крепости Браилов. Поэтому Петр имел полное основание надеяться на выполнение своего приказа. Современный российский историк Я.Е. Водарский пишет, что «Ренне уже долго служил под командованием Петра и, очевидно, усвоил новые и передовые для того времени военные идеи русского полководца. Во всяком случае, ему-то «употребление» драгун для взятия крепости не показалась странным».

В результате османы смогли беспрепятственно переправиться на правый берег Прута. 8 июля основные силы русской армии были атакованы на марше турецко-татарской кавалерией. Часть обоза была потеряна. Отбивая непрерывные нападения, петровские войска начали движение назад. Солдаты были страшно изнурены. Около двух часов дня 9 июля Петр отдал приказ остановиться и приступить к созданию укрепленного лагеря в районе урочища Новые Станилешти.

К этому времени большая часть турецкого войска уже перешла на правый берег Прута. Русский лагерь оказался окруженным со всех сторон. На противоположном берегу реки на холме турки установили свою артиллерию, однако огонь с большого расстояния не достигал русских позиций, и великий визирь приказал переправлять пушки на правый берег.

Вечером 9 июля янычары три раза ожесточенно штурмовали русский лагерь. Все атаки были отбиты, несмотря на превосходство в численности и мужество атаковавших. Правда, они штурмовали один и тот же участок лагеря. Поэтому Петр имел возможность перебрасывать по мере необходимости сюда подкрепления, которые снимал с других мест. Турки потеряли около 8—9 тысяч человек, русские – 3 тысячи. После наступления темноты атаки прекратились.

Вот как описывал эти события польский генерал С. Понятовский, находившийся в турецком лагере: «Испуская дикие вопли, взывая, по своему обычаю, к богу многократными криками «алла, алла», они бросились на неприятеля с саблями в руках и, конечно, прорвали бы фронт, если бы не рогатки, которые неприятель бросил перед ними… Сильный огонь почти в упор не только охладил пыл янычар, но и привел их в замешательство и принудил к поспешному отступлению.