Кинжал мести

Он порекомендует Аркадия, а тот не справится с должностью, как тогда князю? И он, князь, подразумевал совсем не порядочность Аглаева, а его способности к службе, а это совсем разное. Аглаев порядочен, честен и добр, но в должности хорош не всякий честный и порядочный человек.

Что же касается десятитысячного банковского билета самой Елизаветы, то передавать его Катерине нет возможности. Почему? Ах, ну вообрази себе, какие предстоят траты! И венчание, и переезд в Трилесино. Это Катерине можно венчаться в простом платье и запросто войти в дом Аглаева – они ровня.

Да, она почти бесприданница. Князь не получит за ней ни денег, ни деревни. Но нельзя, чтобы кто-то мог сказать, что князь взял ее в одной рубашке. Да и маменька не позволит, с ее-то гордостью. Поэтому и платье нужно с Кузнецкого моста, и все что с собою – тоже самое лучшее.

И потом – подарки. Старой княгини нет, но слугам придется дарить и всей дворне. Это обязательно, это век помнится.

И потом, по слухам, в Трилесино все негласно определяет жена управляющего Стародубцева. Она не побоялась когда-то пойти против Троекурова, у которого состояла в гувернантках, она дама с характером, от нее в Трилесино многое зависит. Ей подарок нужен дорогой и со вкусом. И дети у Стародубцевых – старшая дочь уже невестится и трое младших. Дочки, это не сыновья, всем нужно дарить.

– И потом, – сказала Софья, – мы ведь после Москвы привыкли обходиться без горничной. Тебе в замужестве так нельзя. Это неприлично.

– Но в Трилесино, наверное, есть горничная.

– Тебе нужно иметь свою горничную. В Трилесино все чужие. И как еще к тебе отнесутся. У тебя должен быть хоть один свой, тебе преданный человек, это очень важно, когда ты совсем одна и кругом все чужие.

– Взять кого-нибудь из деревни?

– Придется купить. Или нанять опытную, толковую горничную.

Да. Это верно. Софья права. Так что тут обойдешься ли десятитысячным билетом…

А она, Елизавета, и не подумала обо всем. Ах, Боже, как хорошо, что Софья так умна.

– С маменькой нужно поговорить не откладывая, – вслух сказала Елизавета.

– Да, откладывать некуда, – согласилась Софья.

– Только знаешь, мне думается, что Катерину надобно куда-нибудь отослать, и поговорить без нее.

– Правильно. Она будет раздражать маменьку.