Сгоревшая под дождём

Однажды ей удалось стать победительницей городской олимпиады по математике и получить путёвку в Сочи. У неё было много хобби. Она прекрасно вязала крючком. Кстати, салфетка на тумбочке в углу – её творение. Она неплохо играла на гитаре с учётом того, что была самоучкой в этом деле. Но мне всегда казалось, что главный свой талант она ещё в себе не открыла, но со временем это обязательно произойдёт. Она была без ума от лошадей. Каждый выходной ездила с отцом на ферму и там часами каталась на любимом Снежке.

Так она прозвала одного рысака. Вы знаете, Геннадий, такие чудесные дети, как Ксения, рождаются раз в сто лет. Это я вам точно говорю. Родителям не в чем было её упрекнуть, они только гордились и восхищались ею.

Зина вдруг замолчала, поникнув головой и о чём-то задумавшись. Я бросил случайный взгляд на висевший на стене слева от окна портрет девушки с каштановыми волосами, собранными в пучок. Она никак не подходила под описание покойной жены хозяина, но и предположить, что эта та самая Ксения, я не решался.

Ведь девушку на фото я бы не назвал большой красавицей. Внешность её была совершенно типична, а я думал, что у таких симпатичных людей, как Ольга Николаевна и Андрей Иванович, и ребёнок должен быть соответствующий.

– Зина, простите, – обратился я к домработнице. – А кто эта девушка на фотографии?

Зина тут же вскинула голову и повернулась лицом к портрету.

– Геннадий, – с улыбкой сказала она, – да это же и есть Ксения.

Женщина подошла к портрету, сняла его со стены и поднесла мне.

– Странно, – сказал я, беря в руки фотографию, – девушка не похожа ни на одного из родителей.

– Зато она точная копия матери Андрея Ивановича.

Разглядев поближе лицо Ксении, я всё-таки нашёл в ней едва уловимое сходство с отцом – такой же добрый взгляд и тонкие губы. В остальном же она была полной противоположностью Андрея Ивановича. Круглая форма лица плохо сочеталась с острым носом. И нависшие веки, почти закрывающие ресницы, также не вызывали восторга.

Однако, стоит признать, что определённая доля обаяния компенсировала девушке отсутствие большой красоты, и я вдруг заметил, что чем дольше гляжу на её портрет, тем больше она мне нравится. Мне кажется, она принадлежала к тому счастливому типу людей, которые, не обладая превосходными внешними данными, умеют влюблять в себя чуть ли не каждого представителя иного пола, с которым имеют дело.

– Но вы правы, – вздохнула Зина.