Окружение Гитлера

Тем более, что само понятие «сообщник» обозначает соучастие в преступном замысле или деянии. А как было установлено на Нюрнбергском процессе, в развязывании самой кровавой и жестокой войны XX столетия, в гибели десятков миллионов людей виновен не только Гитлер, но и всё его окружение, ставшее соучастниками чудовищного преступления перед человечеством.

Книгу о людях из ближайшего окружения Гитлера можно с полным правом считать триллером, повествующим о кровавых деяниях его преступных сообщников. Авторы постарались раскрыть в ней не только настоящую сущность людей, помогавших фюреру создавать нацизм, но и исследовать некоторые малоизвестные факты о них.

Генрих Гиммлер: двойная жизнь «архитектора Холокоста»

Из агрономов в палачи

«Гиммлер – это конструктор „чудовищной машины административного массового убийства“, для обслуживания которой требовались и использовались не тысячи и десятки тысяч отборных убийц, а весь народ».

    Ханна Арендт

Генрих Луйтпольд Гиммлер – одна из самых зловещих фигур среди главных политических и военных деятелей Третьего рейха.

Рейхсфюрер СС, министр внутренних дел гитлеровской Германии, он несет ответственность за самые жестокие и кровавые преступления, совершенные нацистским режимом. Как только ни называли этого маленького невзрачного человечка в пенсне, внешний вид которого создавал обманчивое впечатление миролюбия, скромности и простоты – «второй после Гитлера», «тень фюрера», «верный Генрих», «бюрократ террора», «убийца за письменным столом».

Эта внешняя двойственность совпадала с внутренней – как выяснилось, у второго лица нацистского государства была двойная жизнь. Верность в ней соседствовала с предательством, скромность и простота – с непомерными амбициями, миролюбие – с жестокостью садиста. Но понять это с первого взгляда было достаточно трудно. Не случайно известный немецко-американский философ еврейского происхождения, политический теоретик и историк Ханна Арендт писала: «…Организатор „конвейера смерти“ был „нормальней“, нежели любой из первых фюреров нацистского движения, он был обыватель, а не опустившийся интеллигент, как Геббельс, не шарлатан, как Розенберг, не секс-маньяк, как Штрейхер, не истеричный фанатик, как Гитлер, и не авантюрист, как Геринг».

О том, каким он был и каким хотел казаться, лучше всех знали его современники. Их характеристики нередко поражали «убийственной» точностью.