Долина Дюн

И Анри – он устроил свалку между пешими и конными! Как с такой дисциплиной можно навести порядок на этой земле?! Двадцать ударов плетью вам троим в назидание остальным после того, как вернёмся в Руан. Это сражение в долине Дюн – лишь начало! Всё, что будет происходить потом – это уже последствия. Пусть Нормандия узнает меня. Я добьюсь большего, чем мой отец!

– Да, милорд, – Роджер усилием воли заставил себя склонить голову перед герцогом. Краем глаза видел, как ошарашенные Жак и Анри последовали его примеру, что-то бормоча себе под нос.

– Вы, трое, росли вместе со мной, – сурово продолжил Вильгельм. – У вас были лучшие наставники Нормандии! Получается, всё обучение пошло к дьяволу. Я не хочу терять своих людей из-за того, что они на поле боя поступают так, как им вздумается! Роджер, зачем ты выехал вперёд?

– Чтобы сразиться с бароном Ардре из Байё, милорд. Он мчался прямо на вас.

– Пусть так, – герцог сделал глубокий вдох и овладел своим гневом. – Мы вернёмся к этому разговору. Ги бежал с поля боя и, сдаётся мне, он уже на полпути к своему замку Брион.

На рассвете следующего дня, попрощавшись с Генрихом, Вильгельм со своим войском повернул в сторону Бриона, возвышавшегося на острове между двух рукавов реки Риль. Роджер видел мощные каменные стены с крепкой башней в центре и узкие бойницы, кованые железные ворота, способные выдержать любой            таран. Герцог отправил парламентёра в замок с условием, что при капитуляции здание будет разрушено до основания, однако, Ги ответил отказом и со смехом сказал, что его крепость выдержит любую осаду.

– Роджер, – Вильгельм хитро прищурил глаза, – как мы можем выкурить оттуда этого нахала?

– Длительной осадой, милорд. Ги не из тех, кто бьётся один на один. До Руана двадцать пять миль, и можно привезти механиков и материалы для осадных башен.

– Нет никакой нужды в этом, – отрезал герцог. – Сгодятся монахи и вилланы, способные рубить деревья и копать землю.

Вильгельм сдержал слово. По его приказу возводились осадные башни, которые расставили вокруг острова, не давая мятежникам ни малейшей возможности совершать вылазки за пропитанием. Тем временем в Нормандию пришла весна, наполняя воздух пряным ароматом цветущих трав, которая вскоре сменилась жарким летом. Воины чаще купались и рыбачили, сочиняли хвалебные песни сражению в долине Дюн.