Инферис

Раньше я не обращала на этот гобелен должного внимания, но темневший перед ним силуэт гостя в этот момент показался зловещим.

– Хуже всего, когда от такого страдают дети, – отец покачал головой. – Тысячи невинных душ! Для меня до сих пор загадка, почему им тоже пришлось страдать. Я увёз Иоланду так быстро, как смог, потому что среди слуг уже началась паника. Многие, побросав всё, попросту сбежали. Когда я приехал, этот дом напоминал разворошенное осиное гнездо. До сих пор помню Иоланду в мятом платье, одиноко плачущую в столовой.

Но я не могу судить тех людей, которые бежали, поддавшись инстинкту. В тот момент он был сильнее разума. Мы с моим водителем взяли всё самое ценное и покинули Париж. Я ничего не путаю?

Он испытующе смотрел на меня. Я покачала головой. Смутно помнила тот день, но до сих пор ощущала безотчётный страх, заходя в столовую. Даже тогда отец не прикоснулся ко мне. Не обнял и не взял за руку. А лишь велел утереть слёзы и садиться в ховеркар. Я долго чувствовала вину за то, что ему пришлось бросить свои дела и вернуться в Париж за мной.

Казалось, что не будь меня, ему бы не пришлось пройти через различные лишения. Будучи подростком, я ходила к психоаналитику – он сказал, что я вытеснила в бессознательное события того дня. Не хотела больше вспоминать, как и смерть мамы от эпидемии гриппа. Вирус мутировал, а она только оправилась от серии простуд…

– Проводи нашего гостя, – послышался голос отца, и я отвлеклась от воспоминаний. Видела, как собравшиеся начинают расходиться.

– О-о, я сам дойду, – Марк широко улыбнулся, показав крепкие белые зубы. – Пока ещё могу стоять на своих двоих. Вино у вас отменное, мсье Ринальди.

– Согласен, – отец подмигнул ему. – В моих погребах чёрт ногу сломит, но всегда найдётся бочонок превосходного бордо. Пускай Иоланда вас проводит. Завтра жду в офисе. Буду рад видеть вас в моей команде, Марк. Это доброе начало!

– Несомненно.

– Следуйте за мной, – произнесла я и, закусив нижнюю губу, поднялась.

Чувствовала себя крайне неловко. Точно придётся извиняться за свою резкость!

Оказавшись на заднем дворе возле площадки для ховеркаров, мы какое-то время стояли под лёгким тёплым ветром. Я заметила, как в очередной раз высаженные вдоль дорожки ели начали желтеть. На этой замусоренной земле в клубах пыли ничего не растёт! Только в зимнем саду, куда отец завёз чистую землю из разных концов света, не подвергшихся затоплению.