Призрак на палубе

Но наиболее вероятное объяснение – то, что между капитаном и одним из матросов произошла ссора. Матрос упал за борт, а раненому капитану оказал медицинскую помощь врач из пассажиров. Приближался шторм, судно было неуправляемым, и команда с пассажирами погрузилась в спасательные шлюпки, завесив брезентом капитанский мостик, где был оставлен капитан, отказавшийся покинуть судно. «Джоита» была потом обнаружена рыбаками, которые разграбили ее и выбросили за борт мертвого или умирающего капитана. Но дело еще и в том, что у капитана «Джоиты» не было лицензии на перевозку пассажиров, и неизвестно, имелись ли на ее борту спасательные средства.

К тому же это не слишком маневренное судно имело на борту больше 18 кубометров пробки, что делало его непотопляемым. Зачем тогда нужно было покидать «Джоиту»?

Порой до конца раскрыть тайны происшествий на судах не удается, хотя косвенные улики все же говорят о том, что возможные причины трагедий были вполне заурядны.

«Летучий Голландец» русского флота

Увы, история о корабле-призраке с мертвой командой не обошла стороной и российский флот.

К сожалению, это была вовсе не легенда, а страшная реальность…

Случилось это в 1818 году. На исходе октября, заканчивая морскую кампанию, 18-пушечный бриг «Фальк» отправился из Кронштадта в Свеаборг, чтобы остаться там на предстоящую зиму. Переход самый обыденный и ничем не примечательный. Мало ли плавали и до, и после «Фалька» наши корабли по Финскому заливу?

Командовал бригом лейтенант Семен Щечкин.

Помимо командира на бриге находились мичманы Димитрий Жохов и братья Александр и Василий Абрютины, штурман Калашников, 35 матросов и одна пассажирка с сыном-подростком.

Осень 1818 года вообще выдалась на Балтике на редкость ненастной. От штормов за считанные недели погибло сразу несколько крупных судов: английский купеческий корабль «Индастри», любекское торговое судно «Гофнунг» и российское судно «Магдалина», которое было выброшено на берег прямо у Кронштадта. Количество поврежденных, потерявших мачты и якоря судов исчислялось же в несколько десятков.

В пути «Фальк» был задержан сильным штормовым ветром. А тут и еще одна беда. У Стирсудена при отдаче якоря одной из лап пробило борт. Так как пробоина оказалась на уровне воды, вскоре началась сильная течь. Щечкин принял вполне разумное решение – как можно быстрее выбросить бриг на пологую отмель, чтобы затем, исправив повреждения и удалив воду, можно было без особых усилий бриг с этой отмели снять.