Русская повесть

Они сразу полезли в ниши шасси и обнаружили трещины узлов подвески их стоек почти на всех самолетах. Трещины были небольшие и не представляли опасности для такой интенсивности полетов и такого количества посадок, которое производится в строевом полку. В условиях училища количество посадок, приходящихся на один самолет, значительно больше. Приемщики потребовали, чтобы все узлы с трещинами были заменены. Работа эта сложная, и за нее взялась полковая ремонтная мастерская. Но так как мощность ее была небольшой (она могла сделать один-два самолета в день), то работа эта сильно затягивалась.

И тогда полковое начальство задумалось: что делать и как быть? Вдруг на следующий день на самолете Ли-2 прилетает группа летчиков и в течение дня забирает все наши штурмовики и перегоняет в училище.

Так они угнали наши самолеты. Так не стало нашей югославской «Нормандии». Это вызвало у нас противоречивые чувства. С одной стороны, мы радовались наступающим переменам, а с другой – нам стало грустно оттого, что скоро расстанемся.

Мы ждали приказ о наших новых назначениях, собирались во дворе, обменивались мнениями, что и как оно будет, куда нас отправят. Хотелось, конечно, поехать, куда-нибудь на юг, где теплее и где фрукты есть.

Вскоре пришел приказ о наших новых назначениях. Нас назначали на те же должности в части ВВС. Как мы и ожидали, нас распределили по всем округам, начиная от Прикарпатского и заканчивая Забайкальским. Меня, Танчевского и Мамулу отправляли в 57-ю воздушную армию, в город Львов.

6. На украинской земле. 916-й истребительный авиационный полк, г. Самбор

Мы собирались в дорогу, упаковали свои вещи во все те же два фанерных ящика и отправили малой скоростью. С собою взяли самое необходимое, в основном вещи нашего сына. Сели на поезд Новосибирск – Харьков и поехали. Мы прощались с Башкирией, прекрасным краем. С краем, где мы оставили часть своей молодости, где мы впервые начали свою самостоятельную жизнь, «набили первые шишки» и кое-что начали понимать в этой жизни.

В Харькове у нас была пересадка на Львов. Какой это был поезд? Я сейчас не помню. Между поездами было время, достаточное для того, чтобы оформить билеты и пообедать. Оформив билеты, мы пошли в ресторан на обед. Не помню, что мы заказали, но помню, что, приняв наш заказ, официантка спросила нас: «А что будет есть молодой человек?» А этот молодой человек крутился у наших ног под столом.