Рождение династии. Книга 1. Смута

– Какой же смысл вести переговоры со слабым и больным правителем? – запальчиво заметил Вариницкий.

– Не будем обсуждать это прилюдно, – мягко заметил Сапега, который, несмотря на свою молодость, имел немалый дипломатический опыт.

– Тем более, что пристав, по-моему, отлично понимает наш язык.

Послы, сидя в гостиной, пребывали в подавленном настроении, когда у ворот раздались звонкие удары тулумбаса[3 - Тулумбас – большой турецкий барабан.]. В горницу вбежал шляхтич из посольской охраны.

– Посланец царя Бориса Михайла Глебович Салтыков!

– Пусть войдет, – сказал Сапега, поднявшись со скамейки.

Вошедший гость снял меховую шапку, хотел было перекреститься, но, не найдя икон, лишь поклонился. Сапега ответил мягким кивком головы. Салтыков покраснел от обиды, но сдержался и сообщил:

– Великий государь жалует послов польских своим обедом. Мне велено составить вам компанию, чтобы не скучно было.

– Эй, толмач, переведи.

Следовавший за ним Яков Заборовский поспешил заговорить:

– Прошу вас, панове, умерить гордыню и поблагодарить посланца со всевозможной учтивостью.

Во время обеда Лев Иванович, благодаря вкусной еде и крепким напиткам, пришел в благодушное настроение и попытался выведать у присланного дворянина, как себя чувствует царь, склонен ли он заключить мирный договор и когда начнутся переговоры.

Воспользовавшись одной из пышных тирад, Сапега шепнул толмачу:

– Нам надо обязательно поговорить!

Тот опасливо скосил глаза на Салтыкова, показывая, что сделать это сейчас опасно.

Однако представился удобный случай.

По окончанию обеда Сапега остался один на один с толмачом. Сапега спросил толмача тихо:

– Что, действительно трон Бориса зашатался? Кого прочат бояре на его место? Шуйского? Голицына? Или кого-то из Романовых?

– Романовы сейчас сильнее всех, – ответил Заборовский. – Они очень богаты, имеют свое войско. В случае чего, их скорее поддержит московский люд, потому что они – ближайшие родственники покойного царя.

– Мне надо тайно встретиться с кем-то из них, – властно сказал Сапега.

– Старший, Федор, человек осторожный, он откажется. А вот с Александром, пожалуй, встречу можно организовать. Но очень опасно. Если ищейка Годунова что-нибудь разнюхает…

– Здесь встречаться нельзя, – согласился канцлер. – Вокруг охрана и соглядатаи. Но я думаю, их можно обмануть. Когда мой дворецкий поедет за кроватями, я переоденусь в костюм слуги и где-нибудь в переулке отстану.