Жизнь Горькая… Жестокая…

Она, несомненно, искала меня, хотела увидеть напоследок, попрощаться, а я, как трусливый заяц, окопался в общежитии, проявив вопиющее равнодушие к женщине, полюбившей меня всей душой…

Рано утром следующего дня я навсегда покинул посёлок Баксан и на рейсовом автобусе отбыл в Нальчик.

Послесловие

После случая с Мадиной на спортплощадке прошли годы… Моя неспособность адекватно реагировать на скандал, устроенный Мадиной, объясняется слабостью моей психики… Пройдёт тринадцать лет, и летом 1965 году психиатр поликлиники при Институте ядерной физики Сибирского отделения Академии наук СССР, где я в то время работал, поставит диагноз: психастения…

Я уже писал в начале романа о том, что моя нервная система начала формироваться тогда, когда я находился в эмбриональном состоянии.

10-летний детдомовец Савва, брат моей мамы, тоже внёс свою лепту в межличностные отношения между моими родителями… В итоге из-за сильных нервных переживаний моя мама заболела «сахарной болезнью» (диабетом) и скончалась в возрасте… 22 лет!.

Когда Мадина внезапно закатила мне скандал на спортплощадке, меня поразило внезапное превращение прелестной девушки в злобную мегеру. А то, что я, тренированный молодой человек, которому пошёл двадцать четвёртый год, не сумел рта раскрыть, чтобы остановить зарвавшуюся смазливую бабёнку, – вот это должно было поразить меня до глубины души… Не зря говорят: «В чужом глазу соломинку ты видишь, а в своём не замечаешь и бревна»…

Глава 20.

По прибытии в город Нальчик я купил билет на другой автобус, который направлялся в столицу Северной Осетии город Орджоникидзе (ныне Владикавказ). В этом городе я переночевал в «Доме колхозника», а затем утром следующего дня поехал на автобусе по знаменитой Военно-Грузинской дороге, проходящей через Кавказский хребет. В конце второго дня моего путешествия поздно вечером я добрался до Тбилиси.

Было начало июля 1952 года. Курортный сезон был в самом разгаре! С невероятными трудностями мне удалось попасть на поезд Тбилиси – Батуми.

И вот наконец-то солнечным утром я прибыл в Батуми – город юности моей покойной мамы… На вокзале с букетами цветов меня встретили дядя Савва, тётя Мария с двумя дочерьми, Лидией и Людмилой, а также тётя Поля с сыном Валерием.

Все мои родственники собрались в доме у тёти Марии, у которой была только одна комната.