Помню

Чёрные эмки, прославившиеся как воронки. Помню агентов КГБ, одетых, как правило, в кожаные куртки, и шныряющих по квартирам. Помню крики, плач женщин и детей во время их посещений. Все знали, что девять из десяти увезённых не вернутся. Помню, как Дятлов, начальник отделения пожарной охраны Печерского района, не пустил «чёрных воронов» в дом и стал стрелять. Я же был дружен с его сыном Валей. Забрали его, и, куда он девался, никто не знал и по сей день не знает.

Однажды поздно ночью постучали и к нам в дверь. И, хотя никто из нас не спал из-за шума и криков во дворе, мы затихли.

На миг и у родителей, и у меня от страха затаилось дыхание. Отец встал с постели и направился к двери. Я соскочил с кровати и следил за происходящим из-за угла стены.

– Это я, дворник Борис Михайлович. Тут работники КГБ приехали кое-кого арестовать, а он не даётся, сопротивляется. Так вот, они хотят позвонить от вас по телефону.

Отец открыл дверь, схватил таз с водой, стоящий под умывальником с соском, и с диким матом надел его на голову дворника.

Это была его разрядка после столь напряжённых, полных неопределённости минут.

– Вон к ё…ной матери! – заорал он и, конечно, позвонить не дал.

Впоследствии в одну из таких тревожных ночей забрали и моего отца. Помню слёзы и крики матери. Все мы были беспомощны, и никто не мог что-либо предпринять. Всё и вся было в руках карательных органов. Отец чудом вернулся, но с поломанными от пыток пальцами на левой руке. Его хотели заставить подписать признание в шпионаже в пользу Польши.

Помню, какую ненависть вызвала у меня советская власть. Эта ненависть сохранялась во мне вплоть краха всей коммунистической своры в России и других странах-сателлитах. Я всегда верил, был убеждён в том, что рано или поздно распадётся всё то, что создано силой, и что каждая из республик, входящих в пресловутый Союз, а также страны с насильственно насаженным социализмом выберут для себя строительство новых, свободных, демократических обществ.

Финская война. Отец – политрук танкового батальона.

Суровая зима и ожесточённые бои и человеческие жертвы. Всё это пришлось пережить и нашей семье, которая постоянно тревожилась за судьбу отца.

Война за освобождение Западной Украины. Помню, как отец по окончании войны привёз нам, мне и сестре меховые шубки. Помню, как отправляли в Германию мясо, сало, яйца, хлеб, тщательно откармливая развязавших по всему миру войну немцев.

В 1938 году я пошёл в первый класс средней школы № 86.