Зенитная цитадель. «Не тронь меня!»

– Я тоже считаю, что нас с кондачка не возьмешь, – улыбнулся Мошенский. Улыбка преображала его, делала мягче, а главное, сразу как-то уравнивала с подчиненными ему командирами, на лицах которых была радость. Мошенский поспешил придать лицу обычное выражение. Пристально взглянул на стоящего возле двери Хигера. Тот беззаботно покусывал спичку… – Однако, должен сказать, мне не понравилось сегодняшнее поведение ваших, товарищ лейтенант Хигер, подчиненных…

И без того худое лицо лейтенанта удивленно вытянулось, большие миндалевидные глаза несколько растерянно глянули на командира плавбатареи.

– Военные действия ведь… Война, товарищ лейтенант! А ваши люди кричали, махали руками, как на футболе. Нашли время и место, где «болеть»!

Хигер отвел глаза. Действительно, было такое. Артиллеристы Миши Лопатко стали «укладывать» снаряды точно за дымящийся буй, потом по перископу хорошо положили, и всем, в том числе самому Семену Хигеру, очень хотелось, чтобы из глубины моря вырвался на поверхность столб огня, чтобы вражеская лодка погибла.

– Бодрый дух, вера в нашу скорую победу – это, безусловно, хорошо. Мы должны всячески укреплять такую веру. Но меня беспокоит беспечность многих наших краснофлотцев. Я не уверен, что они сознают, какую опасность несет в себе атака подводной лодки. Прошу срочно разъяснить, что для дерзкой атаки врагу достаточно всего нескольких минут нашей беспечности.

– А еще этими, как их… булями! – попытался дополнить доктор, имея в виду специальные полые «приливы» на корпусе плавбатареи с целью защиты от торпедного удара.

– Були не для того сделаны, чтобы в них торпеды попадали. Були булями, а бдительность… Лейтенант Лопатко! Разве я что-нибудь смешное сказал?

Лопатко смущенно повел головою, улыбка не сходила с его лица.

– Да нет, товарищ старший лейтенант. Просто сочетание слов такое подобралось: «були булями»…

Все засмеялись. Засмеялся и Мошенский. Лопатко вытирал рукой слезы…

– Действительно, неудачное сочетание… – уже сухо продолжил Мошенский. – Итак, утроенная бдительность за морем, за воздухом. И работа, работа с людьми. Экипаж мы молодой, новый.