Время Петра

Трактирщик в знак согласия кивнул головой и тихо произнес:

– Как не знать, ваше благородие.

– Да ты садись, в ногах правды нет, – старшина рукой указал трактирщику на табурет рядом с собой и достал из кармана небольшой мешочек, от которого пахло табаком.

Трактирщик поморщился, ему еще не ведом был запах табака.

– Знаю, братец, – начал Басаргин, – терпишь нужду. Народа мало к тебе захаживает, и доход не велик.

Трактирщик согласно закивал:

– Верно, батюшка.

– Софья Алексеевна, да будет здрава, матушка, – перекрестившись за здравие царевны, Басаргин тут же продолжил: – Царевна наша хочет отыскать человека одного.

Можно сказать, святого.

При слове «святого» Басаргин нелепо поморщился. За помощь в деле грошей много ссудила. Емельян Федотович поднял кошель со стола и потряс им перед трактирщиком. Звон монет все больше манил несчастного.

– Тут на пять твоих трактиров хватит, – все больше заманивал трактирщика старшина. – Если не откажешь в помощи скит раскольничий отыскать, награжу.

Народ к тебе разный ходит, может, слышал чего. Вино-то оно всем языки развязывает. А коль не слышал, то прислушаться не поленись. Разузнать надо, может, проводник имеется, чтоб через ваши леса провел прямо в логово раскольничье.

Трактирщик согласно кивнул и, громко шаркая по земляному полу, поплелся к себе в комору.

– Вот и хорошо, – старшина поднялся с табурета и расправил плечи.

Поправив поясной ремень, он, по привычке соблюдая опрятность формы, прищурился и посмотрел вслед уходящему трактирщику.

Деньги за предоставленный ужин Емельян Федотович оставил на столе, хотя остался крайне недоволен местной кухней, но одно успокаивало его душу: этот пройдоха найдет хоть самого черта, лишь бы получить условленный гонорар. Открыв двери, он ненадолго застыл в проеме, словно пытаясь вспомнить, что хотел сказать, но вскоре решительно шагнул за порог, громко захлопнув за собой дверь.

Через три дня вернулся гонец от воеводы с разрешением на экспедицию против раскольничего скита.

При всей своей власти над здешним краем воевода не мог пойти против воли царевны. Трактирщик за три дня разузнал, что идти надо пятьдесят верст к деревне Матреново, далее вглубь леса двадцать верст, или семьдесят верст напрямик, вдоль берега реки.

Басаргин, оставшись довольным удачным стечением обстоятельств, распоряжался закупкой провизии на городском базаре. Десятки любопытных местных зевак следили за незнакомцем, настороженно наблюдая за каждым его движением.