Время Петра

Его противник Никодим, пожилой монах, со всей страстью утверждал, что именно царевна является хранителем той дремучей и праведной Руси, что испокон веков рождала праведников и великих подвижников. На что Сафоний возражал, дескать, корабли и новое устройство армии никоим образом не затрагивают их служения. При любом монархе их долг служить Богу, а кто лучше – Петр или Софья, – то решит Господь, и не им, чернецам, это дело мыслить. Софья помнила, как во время Стрелецкого бунта в Москве бежала в Троицу с двумя юными братьями и всем двором.

Глава 5

Потаенный скит

В тяжелую деревянную, сшитую из ладных сосновых досок дверь тихо постучали.

– Кого еще леший принес, – ругаясь, соскользнул с печи хозяин дома. Обув ноги в чуни, он поплелся к двери. – Померещилось али нет?

Он зачерпнул из деревянной кадки ковш воды и почти залпом опрокинул его. Протерев от испарины ладонью шею, мужик сел на лавку.

– Откуда же стук? – рассуждал полусонный хозяин дома, присев на лавку возле огромного дубового стола. – Допился, царица небесная, – он поднял глаза на киот и перекрестился.

Тихий стук вновь повторился.

– Иду, – хозяин дома, кряхтя, поднялся с лавки и, откинув щеколду, прошел в сени. В сенях было прохладно. – Кто там? – вполголоса спросил он, беря в руку кистень, стоявший у косяка.

– Прокофий Федорович, – из-за двери раздался тихий голос, – это я.

Хозяин дома сразу узнал этот голос.

– Сапыга? И чего тебя леший в такую пору принес.

Хозяин был не рад такому гостю.

– Отвори, – жалобно проскулил тот же голос.

Хозяин отложил кистень на лавку в сенях и открыл большой деревянный запор. В дверном проеме тут же появилась фигура взъерошенного Сапыги.

– Мне бы спрятаться, Прокофий Федорович, – начал он прямо с порога.

– Чего это вдруг? – возразил недовольный хозяин.

– Стрельцы меня по слободам ищут. Ей-богу, на дыбу отправят, – Сапыга сел на скамейку в сенях и облокотился на бревенчатую поверхность стены.

– Натворил чего? – спросил хозяин.

– Дай водицы напиться, – неожиданно попросил Сапы-га. – Опосля расскажу.

Прокофий вынес ковш с водой:

– Ну и на кой ляд ты сюда явился, коли тебя стрельцы ищут. Себя не уберег, и меня под монастырь подвел?

– Ей-богу, не хотел, Прокофий Федорович, – начал оправдываться Сапыга.